У врага за пазухой
– Мы договаривались на одиннадцать! – Я врываюсь в комнату, где скрылся Вольский. – Вы сами выбрали время интервью и… Я замолкаю, чувствуя, как пересыхает горло. – Черт, – шепчу я через мгновение, стараясь не смотреть на его обнаженный торс. Он идеален, без пересушенных мышц, но с четкими косыми мышцами и светлой полоской волос от пупка до полотенца на бедрах. – Меня еще не называли чертом, – с хрипловатым голосом отвечает Вольский. – Обычно слышу: «О, Господи!» По заданию редакции мне предстоит...