"Тут, тут, тут, - радостно билось сердце дома. - Сокровище - твое".
Но город, к которому мы идем, - не из камня, и он не из мрамора; висит незыблемо, стоит неколебимо; и ни улыбки, ни флага навстречу.
Пламя вдруг лизало одно из поленьев, вытянувшихся вдоль решетки, жадно глодало его и гасло, оставя серый браслет на месте выеденной коры.
- Слезы! - сказал Оливер, глядя на жемчуг. - Кровь сердца! - сказал он, глядя на рубины. - Порох! - продолжал он и так встряхнул бриллианты, что они вспыхнули и засверкали.
Он сразу весь как-то загорелся. В этом был его дар, его беда, его судьба.
Самое странное, что есть на свете, - это человеческое общение, подумала она, настолько оно изменчиво, настолько лишено всякой логики, вот и ее неприязнь превратилась в самую что ни на есть пылкую и восторженную любовь, но только лишь слово "любовь" пришло ей на ум, как она его отбросила, опять подумав, как непонятно то, что с нами происходит, и как мало у нас слов для всех этих удивительных ощущений, этой смены боли и наслаждения.