Молодой питерский врач Андрей Ильин обнаруживает, что в сновидениях его пациентов повторяется образ двери с изображением спирали. Он и сам видит ее во снах. Запретную дверь нельзя открыть, куда она ведет — неизвестно… Внезапная шокирующая катастрофа переворачивает жизнь врача. Теперь Андрей может проникать за пределы снов — в иной мир, где он обладает необычайными способностями. Но для чего? Неужели чтобы спасти в том мире одного-единственного человека?
https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%A1%D1%83%D0%B8%D0%BD%D0%B8_%D0%A2%D0%BE%D0%B4%D0%B4,_%D0%B4%D0%B5%D0%BC%D0%BE%D0%BD-%D0%BF%D0%B0%D1%80%D0%B8%D0%BA%D0%BC%D0%B0%D1%85%D0%B5%D1%80_%D1%81_%D0%A4%D0%BB%D0%B8%D1%82-%D1%81%D1%82%D1%80%D0%B8%D1%82_(%D1%84%D0%B8%D0%BB%D1%8C%D0%BC,_2007)
Сон — заем, сделанный у смерти для поддержания жизни.
Это, наверное, слухи?— Слухи есть ограниченная информация об истине.
— Ты что себе позволяешь, щенок! Андрей застыл. Ему тоже захотелось выпустить гнев, откровенно выложить все, что думает о профессоре. К счастью, возобладал разум. Андрей не ввязался в ссору, только побелел лицом. — Если это все, что вы хотели сказать, — холодно ответил он, — тогда до свидания. Меня ждут больные.
Ныла шея и ломало суставы — небольшой диван в гостиной не предназначался для сна. Поваляться, почитать книгу, посмотреть телик еще можно, но спать на нем столь же удобно, как на фрезерном станке.
Включив стиральную машину, Андрей убрался в квартире, счистил рыжие кораллы с водопроводных кранов на кухне и в ванной комнате, набил смазку в петли давно скрипящей двери туалета. Затем спустился в сонный воскресный двор и принялся выбивать пыль из матраса и подушек — его резкие хлопки, похожие на выстрелы, разбудили не только жильцов, но и солнце, выглянувшее из-за крыш
— А что вы все на меня смотрите? — возмутилась старшая медсестра. — Будто я вам денег должна? — Потому что вас это касается, моя дорогая. — Дорогая, Михаил Маркович, поездка на Ибицу. А для вас я Наталья Борисовна. И касается меня только то, что творится у меня в отделении. И еще дома у меня два оболтуса, это тоже меня касается. — Вы закончили? — спросил Перельман. — Мне можно продолжить? — Извольте.