«Козленок в молоке» — сатирический веселый роман о том, как полуграмотного мужика можно легко превоплатить в богемного гениального писателя-авангардиста. История наполнена юмором, показывает нравы советской эпохи, движущие рычаги и механизмы того времени, способные превратить полнейшую бездарность во всеми признаного гения. О метаморфозах, которые происходили с талантливыми людьми, попадающими в лапы власти. О том, что происходило в жиздни творческой интеллигенциии в тоталитарном обществе. ...
Профессия литератора очень напоминает первобытное собирательство. Вырвал корешок, надкусил. Горько – сплюнул и выбросил, вкусно – сунул в торбочку и дальше побрел.
Писатель, дающий честное слово, то же самое, что проститутка, которая клянется своей невинностью
– А что ж, Москва не Россия, по-твоему? – заступился за столицу Стас. – Нет, не Россия. Москва – желвак на здоровом теле нации, – отозвался Арнольд, тяжко вздохнув.
– Будем пить, что есть, – бодро сказал я Надюхе. – Деньги, пожалуйста, вперед! – попросила она, продолжая рассматривать кусочек неба в окне. – Надежда, ты же меня знаешь! – неуклюже возмутился я. – Знаю, поэтому деньги, пожалуйста, вперед…
у тебя деньги будут, много денег, потому что есть такой закон: чем писатель меньше пишет, тем больше у него денег!
Меня его мать не любит. Говорит – спаиваю. А моя жена Витька ненавидит. Тоже говорит – спаивает. Диалектика!
Если поэт, неважно – столичный или провинциальный, читает за столом хотя бы одну свою строчку, он уже не остановится, пока не вывалит вам на голову весь накопившийся в его душе стихотворный мусор. Такие поползновения нужно давить в зародыше.
Я вообще заметил, что чаще всего привилегии передаются половым путем.
– А кого же еще? Ты читаешь [масонскую] энциклопедию-то? – Дочитываю… А как ты думаешь, в Советском Союзе есть масоны? – Точно не знаю, но по полезным ископаемым мы на первом месте. Должны быть.
В этом, кстати, и заключается главное, базисное свинство бытия: осуществить мечту можно только за счет тех сил, какие обычно тратятся на борьбу за жизнь. Замкнутый круг. И разорвать его невозможно. Почти… Тех, кому это удалось, можно сосчитать по пальцам.
Они познакомились в утренней очереди за вином, разговорились, и Гера пожаловался на ужасное самочувствие, а все потому, что вчера он умудрился смешать в своем бедном организме портвейн, водку, красное сухое, коньяк и тройной одеколон… «Разве можно мешать напитки!» – изумился Светлов. «Я эклектик», – грустно молвил Гера.
жена заметила, что это чисто русская традиция: нестреляющая Царь-пушка, незвонящий Царь-колокол и непечатающиеся поэты...
Перестройка лишила нас главного – жизненной цели. Создавая массу препон и преград перед пьющим человеком, социализм имитировал, пусть неумело, цель, а значит, – и смысл жизни. Капитализм с его ломящимися от горячительных напитков витринами оставил нас один на один с леденящей онтологической бессмысленностью бытия. И нет ему за это прощения!
Тогда на каждого, кто приходил в издательство с рукописью, смотрели так, точно это был маньяк, сбежавший из психушки вместе со своей историей болезни, каковую теперь и просит опубликовать, да еще собирается получить за это гонорар.
Как говорится, по одежке встречают… Но провожают, разумеется, не по уму, а по тому, что давно уже в нашем вывихнутом мире успешно заменяет ум – по словам. Слова-то для Витька мне и предстояло придумать. Я заправил в каретку машинки чистый лист бумаги и задумался: в голове ничего не было, кроме уже известной вам фразы про козленка в молоке, слышанной мной от Любина-Любченко.На составление такого словарного минимума, с помощью которого начинающий гений мог бы свободно общаться с себе подобными, в обычном состоянии у меня могли уйти недели, если не месяцы, – ведь эта дюжина фраз (не больше) должна обнимать все оттенки мысли и чувств, вбирать в себя весь культурологический космос и культурный хаос. Да, задуманное мной было под силу, может быть, лишь великому русскому лингвисту и филологу Александру Ивановичу Бодуэну де Куртенэ! Но «амораловка», видимо, особым образом воздействует на те девяносто процентов нашего мозга, каковые, по уверениям ученых, спят, точно сурки, всю тяжесть интеллектуального труда спихнув на оставшиеся бодрствовать десять процентов. Вероятно, под влиянием «амораловки» эти «ленивые» проценты просыпаются и начинают вкалывать, как комсомол на строительстве Магнитки… Вскоре я уже бодро стучал по клавишам машинки: ЗОЛОТОЙ МИНИМУМ НАЧИНАЮЩЕГО ГЕНИЯ 1. Вестимо 2. Обоюдно 3. Ментально 4. Амбивалентно 5. Трансцендентально 6. Говно 7. Скорее да, чем нет 8. Скорее нет, чем да 9. Вы меня об этом спрашиваете? 10. Отнюдь 11. Гении – волы 12. Не варите козленка в молоке матери его!В итоге на составление лексикона у меня ушло двадцать минут. И все предшествовавшее развитие мировой культуры! Перечитав список выражений, я остался доволен: если б мне посчастливилось вступать в литературу, вооруженным этими двенадцатью фразами, моя судьба могла сложиться совсем по-другому. Впрочем, у меня еще все впереди!
Иногда проще избавиться от избыточного веса, чем от избыточного слова.
Я целыми днями маялся на диване, пытаясь вдохновиться чтением разной там нобелевской и бейкеровской графомании, – начинаешь возмущаться: мол, они и писать-то не умеют, а им еще и премий понадавали! Это иногда помогает вернуться (в знак протеста) к письменному столу и, стуча по клавишам, мстить, мстить, мстить.
Богат как инкассатор
Твои угрозы, словно розы, а позы, словно туберозы!
Мы с вами жертвы набитых книжных полок