Известный писатель заканчивает свой юбилейный роман о героине, «убивая» ее в финале. После бурной попойки он разбивается в аварии и чудом остается в живых. Спасает мужчину Энни, преданная поклонница его таланта. Подсадив Шелдона на серьезные обезболивающие, она не сообщает экстренным службам о его местонахождении. Уилкс оказывается психически неуравновешенной женщиной, помешавшейся на творчестве Пола, она периодически живет «внутренней» жизнью, не обращая внимания на происходящее вокруг....
Еще одно открытие: льстить легко, стоит только начать.
Талант - полезная вещь для писателя, но единственное неприменное условие - это способность помнить историю каждого шрама.
Писатели запоминают всё. Особенно то, что связано со страданиями. Раздень писателя догола, укажи на любой крошечный шрам, и ты услышишь историю о том, как он появился. Большие повреждения порождают романы, а не амнезию. Талант — полезная вещь для писателя, но единственное непременное условие — это способность помнить историю каждого шрама. Искусство — это упорство памяти.
Талант - полезная вещь для писателя, но единственное непременное условие – это способность помнить историю каждого шрама. Искусство – это упорство памяти
Жестокость в конце концов объяснима. Противостоять же безумию не может ничто.
Может быть, писательство - это мастурбация, но Боже сохрани от превращения писательства в самоедство.
О, лжецы умеют клясться! Они любят клясться!
Он вспомнил, как поучала Алису Белая Королева: У нас здесь так: мы действовали вчера, мы будем действовать завтра, но мы никогда не начинаем сегодня.
Те, кто умеет рассказывать, обычно не умеют писать. Если ты веришь, что люди, умеющие писать книги, хорошо говорят, значит, ты никогда не видела по телевизору, как заикается и мямлит писатель.
В темноте разум беспомощен, а логика всего лишь призрак.
Как только ты приступаешь к книге, все остальные оказываются на другом конце галактики. Никогда я не писал для своих жен, для матери, для отца. Знаешь, почему авторы пишут, что посвящают книги своим близким? Потому что в конце концов масштабы собственного эгоизма начинают их пугать.
В книге все планы осуществились бы без сучка без задоринки... Но жизнь - грязная штука. А что ещё можно сказать о реальности, в которой в самые критические моменты жизни человеку может захотеться в туалет или ещё что-нибудь подобное?
Ожидание весны - это как ожидание рая.
В писании есть что-то от онанизма; пальцы мучают пишущую машинку, а не собственную плоть, но оба процесса в значительной степени зависят от изобретательности ума, быстроты рук и искренней преданности искусству нетривиального.
— Не задавай мне вопросов, и я не стану тебе врать.
Она сумасшедшая, но сумасшествие и глупость не одно и то же.
Неприятность, которая МОЖЕТ случиться, случается.
"Кто-нибудь мог бы прийти и спасти от ужаса, но никто не пришел...потому что никто никогда не приходит".
Может, есть и феи, и эльфы, но помни: Бог помогает тем, кто помогает себе сам.
Знаешь, почему авторы пишут, что посвящают книги своим близким? Потому что в конце концов масштабы собственного эгоизма начинают их пугать.