В понедельник родители отводят годовалого малыша в ясли, вынося в морозное утро, пропитанное выхлопными газами. Утром каждого пасмурного понедельника сладкий уют домашнего безделья сменяется режимным детским садом, овсянкой и молочным супом из макарон. Хмурым слякотным утром взрослеющий малыш тащит на спине тяжеленный рюкзак в школу, где не все тебе рады, и так одиннадцать лет, а потом еще пять в универе и всю жизнь – на работе. Но всегда предвестник этого – насупленное и раздраженное утро понедельника.
родители у меня старенькие, кто знает, сколько им осталось? Каждый мой визит укрепляет их связи с этим миром и дает заряд положительных эмоций, а значит, смысл жить дальше.
Мне, как и любому нормальному мужчине, хочется заботиться о ком-то еще, кроме кошки.
Дома мне все-таки хочется иметь уют, а не холодную войну и железный занавес
В мгновение ока сотни вариаций того, как можно поступить и к чему это приведет, проносятся в голове, пока не выстраиваются в конкретный и здравый план, где каждый пункт вбит стальным несгибаемым гвоздем – только так, твердо, без сомнений, и все будет хорошо.
Упорядоченный хаос – вещь зыбкая, но я успеваю уловить мысль. Мысль рождает идею. Идея дает план. План дарит надежду.
в мужчину превращаешься не тогда, когда впервые с женщиной переспишь, а когда начинаешь за кого-то отвечать