Дэн Абнетт «Возвышение Хоруса». Роман, 2006 год. Читает Gel2323. То было легендарное время. Великий Крестовый Поход нес свет Имперских Истин в самые темные уголки Галактики, возвращая разрозненные миры человечества в лоно Империума и стирая чуждые расы с лица истории. По воле благословенного Императора, решившего отойти от ратных дел, бразды правления этой беспримерной кампанией были вручены Хорусу, примарху Легиона Лунных Волков. Так говорят летописи, но ни в одной из них не найти...
– Религиозная вера. Вера в демонов, вера в духов, вера в загробную жизнь и сверхъестественные силы существовали лишь для того, чтобы мы чувствовали себя более комфортно и уверенно перед лицом необъятного космоса. Все это подпорки для души и костыли для слабого разума, а молитвы и заклинания – слабые огоньки в кромешной тьме. Но теперь, друзья мои, мы познали космос. Мы сами стали его частью. Мы узнали и поняли, какова реальность. Мы вблизи посмотрели, как выглядят звезды, и не обнаружили ни часовых механизмов, ни золотых колесниц, заставляющих их двигаться. Мы поняли, что в боге, или богах, нет необходимости, равно как в демонах и духах. Так что величайшим шагом человечества стал переход к земной, нецерковной культуре.
Поскольку, как сказал когда-то Седирэ, единственный, кто может победить воина Астартес, это другой воин Астартес, и все посмеялись над его словами. Нет смысла опасаться невозможного
Когда я призван сражаться, я отбрасываю в сторону мои личные пристрастия и просто действую. Полезность моих действий определяется сознанием более высокого командования. Я убиваю до тех пор, пока не поступит приказ остановиться, и в этот период у меня не возникает никаких вопросов. Они были бы неуместны. Командир уже определил военную цель, и от меня ждут только скорейшего ее достижения, насколько позволят мои способности. Оружие не спрашивает, кого и почему оно убивает. Это не его дело.
- Неро? - Я в двадцати метрах позади тебя. - Как твоя рука? - Выбросил. Она только мешала.
- Скажи, Эзекиль, ты испытываешь гордость? - До кончиков волос, сэр.
Религия толкала нас к безумию и вела к войне, к убийству, она давила на наш разум, словно тяжёлый недуг, словно железные оковы.
- Запомните мои слова! - прохрипел он - Ничего из построенного нами не останется навечно. Спросите у этих чертовых местных!
- Я надеялась получить хоть каплю сведений личного характера. Ты предоставил мне огромный материал, рассказал такие детали и подробности, которые сделают достоверной любую историю. К примеру, потомки будут точно знать, в какой руке Йактон Круз держал меч, какого цвета было небо над Городом Монастырей на Набатэ, метод излюбленной Белыми Шрамами двойной атаки, количество заклепок на наплечниках Лунных Волков, число и угол нанесенных топорами ударов, под которыми пал последний из принцев Омаккада... - Мерсади открыто посмотрела в лицо Локена - Но ничего не будут знать о вас лично, сэр. Я знаю, что тебе довелось увидеть, но не знаю, что ты при этом чувствовал.
- Что я чувствовал? А разве это кому-нибудь интересно?
Эзекиль, интерексов нельзя отнести ни к ксеносам, ни к откровенным врагам. Хочется верить, будь здесь Император, он непременно осознал бы необходимость адаптации. Он не хотел, чтобы мы разрушали все на своем пути, если на то нет веской причины. И он облек меня своим доверием именно на случай необходимости такого выбора.
– Верна наша истина или нет, неужели всегда необходимо ее насаждать, даже против желания? Как сказала та женщина, нельзя ли оставить этот народ в покое, предоставить его собственной участи?
– Представь, что мы идем по берегу озера, – заговорил Зиндерманн. – В воде тонет ребенок. Позволишь ли ты ему утонуть, потому что он был настолько глуп, чтобы прыгнуть в воду, не умея плавать? Или вытащишь озорника и научишь держаться на воде?
– Конечно, вытащу, – пожав плечами, ответил Локен.
– А вдруг он станет сопротивляться, испугавшись твоего вида? Или потому, что не хочет учиться плавать?
– Я все равно его спасу.
- Спасибо, Випус. Как твоя рука? - Подживает, капитан. Скоро будет отремонтирована. - Это хорошо, - сказал Торгаддон. - Пока приходится вытирать задницу другой рукой, не так ли? Продолжай в том же духе.
В космосе нет места фундаментальному и непреложному злу. Он слишком велик и бесплоден для такой мелодрамы.
- Сэр, вы не желаете поклониться? - спросил он. Когда Август все же нашел в себе силы, чтобы ответить, его голос был едва слышен. - Я не могу, - почти прошептал он. - Я не могу вспомнить, как это делается.
Командир уже определил военную цель, и от меня ждут только скорейшего ее достижения, насколько позволят мои способности. Оружие не спрашивает, кого и почему оно убивает. Это не его дело.
– Он убьет его! – воскликнул Тарвиц. – При такой скорости он непременно его убьет!
– Кто кого убьет? – спросил Локен.
– Не знаю, Гарви. Оба хороши! – ответил Тарвиц.
– Слишком хороши! Слишком! – рассмеялся Аксиманд.
– Локен дерется с победителем! – закричал Торгаддон.
– Не уверен, – возразил Локен. – Я видел и победителя, и проигравшего.
"– Я всегда подозревал, – заговорил он, – что найдутся вредители, которые смогут нас одолеть. Слабые на первый взгляд, они невероятно изобретательны, и если кто и в силах одолеть человечество и разорвать Империум на части, так это, скорее всего, они. Раньше я мог предполагать, что это будут зеленокожие. Бесконечное количество и неизмеримая грубая сила, но теперь, друзья мои, я уверен, что нас погубят наши же сборщики налогов."
"Так или иначе, если я вас оскорбил, могу заверить, что сделал это намеренно." ©
Разница между богами и демонами в основном зависит от того, на какой стороне находишься в данный момент.
– Может быть, я преувеличиваю, но мне их жаль. Они чувствовали себя спокойно со своими тайнами, а мы пришли и лишили их этого спокойствия. А взамен предлагаем им тяжелую и неумолимую реальность, в которой их жизни так коротки и впереди нет никакой высокой цели.
Мы могущественны, потому что мы правы, Гарвель. Но мы правы не благодаря своему могуществу. И будь проклят тот час, когда второе утверждение станет нашим кредо. Кирилл Зиндерманн.