“Бюльтен Галлимар”. “Незнакомки” состоят из трех женских монологов, образующих триптих. Почему вы решили на сей раз дать слово женщинам? Патрик Модиано. Я пытался найти новый ракурс, искал иного рассказчика, нежели “я” большинства моих прежних романов, чтобы выступить самому не в роли повествователя, а как бы в роли слушателя. Мне хотелось создать у читателя впечатление, будто он каждый раз слышит голос по радио – кто-то рассказывает случай из своей жизни, и вдруг передача прерывается или голос...
Нужно пользоваться жизнью, ведь она так коротка!
К великому моему стыду, я вдруг осознала, что никогда не задумывалась о смысле жизни. Жила себе одним днем и искала только удовольствий. Вначале, еще в детстве, таким удовольствием было получить стофранковую монету и купить в кондитерской Недлека фисташковое мороженое или же прокатиться на "американских горках" в парке аттракционов - мне нравилось, когда там, на высоте, у меня кружилась голова. Позже, когда в моей жизни появился Рене, мы ходили на пляж часам к одиннадцати утра, а днем оставались вдвоем в прохладной комнате с закрытыми ставнями. А еще я любила посидеть на террасе кафе летом, в утренние часы, когда там никого не было. Любила читать детективы, любила слушать музыку. Питала слабость к собакам и лошадям.
- Мне больше не хотелось подниматься назад. Мне хотелось тайком уйти из ресторана и ходить, ходить одной по улицам. Я стала искать черный ход. Как сказал тот алжирец, я все еще была неопознанной блондинкой. Девушек, которых вылавливают в водах Соны или Сены, тоже часто называют неопознанными или неизвестными. Хочу надеяться, что останусь такой незнакомкой навсегда.
(Часть 1)
Я так и не узнала настоящей семейной жизни. И, откровенно говоря, думаю, она не пришлась бы мне по вкусу. Я чувствовала себя слишком независимой для этого. И мне часто хотелось остаться совсем одной. Я бы не вынесла всех этих воскресных трапез в обществе братьев и сестер, кузенов и их мамаш, праздничных обедов по случаю первого причастия, именин или Рождества…
(Часть 2)
У меня не осталось никаких воспоминаний о людях, с которыми я провела все эти годы в пансионе. Помню только, что уже с четырнадцати лет мне страстно хотелось изведать великую любовь. Но, увы, никто не заставил мое сердце биться чаще в те времена. Так они и канули в прошлое, окутанное туманом забвения, который поглотил все лица и мелкие события моей жизни. Иногда я даже спрашиваю себя, уж не привиделось ли мне все это во сне. В одном из тех снов, что часто посещают меня и где я снова и снова вижу себя в монастырском дортуаре в синеватом свете ночников.
(Часть 2)
...останусь такой незнакомкой навсегда.
"Я добралась до некой границы и временно остановилась, перед тем как шагнуть за неё и узнать новую жизнь."
"...Один из них бросал монетку в музыкальный автомат, и оттуда неслась всегда одна и та же песенка "Whiter Shade of Pale", напоминавшая мне о Лондоне. Люблю разыскивать музыку, песенки, упоминаемые в книгах. Они ещё больше помогают окунуться в атмосферу книги. Эта песня оказалась хитом 1967 года и была объявлена BBC наиболее часто играемой в общественных местах песней за последние 75 лет. Надо же, а я её не слышала :)https://youtu.be/Mb3iPP-
Этот город сулил новые встречи. Шагая по проспекту, ведущему из Булонского леса в Трокадеро, я поднимала голову и глядела на освещенные окна домов. Каждое из них казалось мне обещанием, знаком, что все возможно. Несмотря на палую листву и дождь, воздух был насыщен электричеством. Странная осень. Непохожая на другие и навсегда оторванная от всего остального в моей жизни. Там, где я живу теперь, осени не бывает. Маленький порт на Средиземном море, где время для меня остановилось навсегда. Солнце… Каждый день – солнце, и так будет до самой моей смерти. В редкие наезды в Париж за последующие годы мне с трудом верилось, что именно здесь я провела ту осень. Тогда все было куда более ярким, более таинственным – улицы, глаза прохожих, огни, - словно я грезила во сне или наглоталась «дури». А может, я просто была слишком молода и напряжение оказалось мне не по силам.
(Часть 1)
(Старый ночной Париж. Осенний пейзаж. Картины мастихином. Художник Рыбаков.)
Бывают люди, которые демонстрируют вам свои наклеенные в альбомах фотографии, где запечатлен каждый миг их жизни. Им повезло, - наверное, у них всегда был под рукой аппарат, верный свидетель и спутник. Мы же никогд не думали об этом, ни Рене, ни я. Нам было достаточно просто жить, день за днем. (Часть 3)