Закончив с первым этапом обучения, Гайдэ отправляется в далекий и опасный Фарлион, где надеется найти ответы на многие свои вопросы. Отправляется под уже привычной маской Фантома и решает вступить в Гильдию рейзеров, чтобы иметь возможность без помех бродить по кишащим Тварями лесам, собирая для Теней жизненно необходимую жатву. Однако и там ее поджидают неприятные сюрпризы. И именно там она начинает по-настоящему понимать, что за бремя решила взвалить на свои плечи.
…я не боюсь боли. И смерть мне тоже не страшна. Но только когда я сама решаю, что приму ее на свой страх и риск. Не страшно спрыгнуть с края крыши или шагнуть под колеса мчащегося навстречу автомобиля. Не страшно прогуляться по бортику высокой дамбы – страшно, когда тебя оттуда сталкивают. И когда ты уже ничего не сумеешь изменить, потому что дальше твоя жизнь катится без всякого твоего участия. И столько, сколько тебе повезет.
А я ненавидела слепое везение.
…это не демон делает человека темным магом, а человек опускается до того, чтобы стать похожим на злобного демона. Ведь на самом деле внутри каждого из нас живут свои собственные демоны… большие или маленькие… много или мало… это – наши страхи, сомнения, колебания, злость… все то, чего мы так страшимся и от чего так старательно бежим. Когда мы становимся слабыми, устаем бороться и выпускаем их на волю, именно тогда, Риа, мы и превращаемся в темных магов.
Наверное, это поствоскрешательный синдром. Или синдром молодого брата. Или же следствие внезапного испуга за то, что я едва не крякнулась...
Так вот чего ты боишься, Гайдэ.
— А-А-А!!
— Ты всего лишь боишься упасть, — совершенно спокойно сообщил мне этот долбанный философ. — Причем, боишься упасть не по своей воле. Боишься, что это случится по чьей-то еще воле. Не по твоей. Однако ты не боишься смерти. Совсем. Ты не боишься боли. А боишься, что у тебя не останется выбора. Боишься, что однажды не сможешь сама решить: жить тебе или умереть. И того, что в один прекрасный день кто-то сделает этот выбор за тебя. Поэтому и рискуешь напрасно. Поэтому и живешь одним днем. Поэтому и билась в своем мире, как мотылек в стакане — там, у себя, ты просто не могла ничего выбирать..
«Чувствовать себя победителем всегда приятно, — согласилась я, медленно отворачиваясь. — Особенно, если враг достойный и если тебе удалось победить его не тупой силой, а хитростью. Ты согласен?».
Насчет злобности, так это — чистой воды вранье. Я — белый, мягкий и пушистый... просто сейчас болею и оттого временно стал сердитым, вредным и колючим..
Ты прав, отец. У нас говорят: если долго сидеть у реки, можно увидеть, как однажды по ней проплывет труп твоего врага. Но еще говорят другое: делай что должно, случится — что суждено. Какой путь выбрать — лишь нам решать. И лишь наше дело поступать так, как велит нам сердце. Хотя, наверное, и в том, и в другом случае есть своя особая мудрость.
Не сомневайся, нанося смертельный удар. Но задумайся о причинах, приведших к тебе непримиримого врага.