Пьеса Корнеля «Сид» (1636) оказалась переломной не только для самого драматурга, но и для истории всего мирового театра и ознаменовала наступление новой театральной эпохи. Здесь впервые в полную силу прозвучал конфликт между чувством и долгом, ставший в тематике классицистской трагедии обязательным. «Сид» пользовался оглушительным успехом публики, и стал настоящим триумфом для драматурга и актеров.
Непобежденные не все непобедимы.
Умерший доблестно бессмертен навсегда.
И нечего дремать; Беспечность - худший враг, чем вражеская рать.
Любовь — жестокий царь, ее всесильно иго
Живой пример верней, и только он велик; Уменье властвовать не черплется из книг.
Но и под лаврами остерегайтесь грома.
Кто смертью не смущен, угрозой не смутится.
Кто справедливо мстит, не может быть наказан.
Пасть за отечество — счастливая чреда: Умерший доблестно бессмертен навсегда.
Где не права рука, там голова в ответе.
Теченье времени не раз узаконяло То, в чем преступное нам виделось начало.
Где нет опасности, не может быть и славы.
Но мы не вправе жить, когда погибла честь. Чем лучший оскорбил, тем глубже оскорбленье.
Кому сужден король, той рыцарь не чета.
Эльвира
Смотрите, небеса, в возмездье непреклонной,
Ей наконец и впрямь дозволят быть отмщенной!
Как? Вы откажетесь от счастья и тогда,
Когда вы можете умолкнуть без стыда?
Чего вы ищете, какой судьбы хотите?
Вы смертью милого отца не воскресите.
Иль новой горести потребна череда?
Нужна за скорбью скорбь и за бедой беда?
Нет, если разум ваш так прихотлив и мрачен,
То вы не стоите того, кто вам назначен;
И правый гнев небес сразит его в борьбе,
Чтобы надменную дон Санчо взял себе.
Обличия судьбы изменчивы всегда, И в самом счастии меня страшит беда.
Беспечность - худший враг, чем вражеская рать.
О боже всемогущий, Не дай торжествовать тоске, меня гнетущей, И огради мой мир, честь огради мою! Чтоб стать счастливою, я сердце отдаю.
Мне слаще всех надежд - знать, что надежды нет.
Но мы не вправе жить, когда погибла честь.