Тут я понял, что его трусость неизлечима.
Мой мудрый друг очень мудро меня предавал.
— Вы мне не верите? — бормотал он, — Или не видите у меня на лице эту печать моего бесчестья? Я намеренно запутывал свой рассказ, чтобы вы дослушали его до конца. Я предал человека, спасшего мне жизнь, я — Винсент Мун. А теперь презирайте меня.