Роман Константина Седых «Даурия» – своеобразный сибирский вариант шолоховского «Тихого Дона» – представляет собой впечатляющую панораму жизни сибирского казачества, столкновение частных судеб с катаклизмами Большой Истории «Революция, Гражданская война» высекает искры подлинного драматизма.
От худого семени не бывает хорошего племени.
Жизнь везде ни гроша не стоит, коли нет человеку удачи.
Либо грудь в крестах, либо голова в кустах.
Не с богатством жить, а с человеком.
-Наталья, ты меня любишь? -Еще чего... Всё еще не знаешь? -Да как же ты меня можешь любить, ежели мне сегодня при всем честном народе в глаза наплевали, а я сдачи не дал? -Не чуди Никита, не чуди. Никто тебе в глаза не плевал. -Ну, ежели не в глаза, так в душу наплевали. А это в сто раз обиднее. Понимаешь?
"Таскин, обернувшись, махнул ему рукой и что-то крикнул в ответ. Но сквозь гул карьера и трезвон колокольцев донесся похожий на стон обрывок: -...ан-ни-е-ей!.. "С кем же?-мучительно размышлял Каргин, мчась в след за тройкой. - Есля с Японией или с Китаем, так нынче же в бой... Вот тебе и покос, вот тебе и праздничек!"
-Убежал?-мрачно спросил подоспевший Платон.- Успел, гад... Ну, ладно, другие за него ответят... Ты ответишь!-рванул он к себе Наталью. Наталья рухнула на колени, схватилась за щегольские Платоновы сапоги. -Платон Леонтьевич, голубчик... Я-то тут при чем? Смилуйся... -Бей, чего смотришь!-крикнули из толпы.
... Сотню мыслящих людей нельзя согнуть в дугу по своему капризу..