Если ты сын бога Велеса и вдобавок оборотень, вряд ли твое место — среди простых смертных. И пусть никакое оружие, даже волшебное копье, не в силах убить тебя, обязательно найдется смельчак, который усомнится в этом. И тогда твоя судьба превратится в один бесконечный поединок — за право жить с людьми, а не с духами иных миров или с волками глухих чащоб; за право быть своим у своих; за право дарить любовь и быть любимым. И минует немалый срок, и будет пройден длинный путь, прежде чем род...
В нем жили два – или больше – разных существа, и мир его был неоднозначным. За тонкой пленкой внешнего бытия он видел его изнанку – все равно что видеть сразу и берег реки, и ее дно за толщей бегущей воды. Только где оно, это дно мира?
Иной раз быть самим собой - самое трудное дело.
Часто первым нападает именно тот, кто больше боится, у кого не хватает душевных сил жить в ожидании удара.
В любви, как перед лицом Надвечного Мира, человек всегда один.
Как зимою земля ждёт весны, так я жду тебя, - вспомнилось Огнеяру старинное заклятие, песня самой Лады. - Пока бежит вода в Светлом Истире, пока шумит ветер в ветвях деревьев, я жду и ищу тебя. И как ветер не найдет покоя под небом, так я не найду счастья без тебя. Мы назначены друг другу судьбой и богами: ты узнала во мне человека, и мы будем вместе, если не здесь, то в Надвечном Мире мы встретимся. И там я узнаю тебя, а ты узнаешь меня.
А чтобы люди волками не делались, им боги любовь дали.
Кабы каждый судьбу свою знал, то половина бы жить не захотела.
Быть самим собой трудно, но иначе само бытие не имеет смысла.
Сесть на его коня легко – да как знать, где потом слезешь?