Жан ле Фламбёр — преступник в постчеловеческом мире, взломщик разумов, трикстер. Его происхождение окутано тайной, но слава о его достижениях разнеслась по миру. Однако Жан допустил одну ошибку, и начало романа встречает его в огромной виртуальной тюрьме Архонов (Archons) — Тюрьме Дилеммы (Dilemma Prison) — где он обречён играть в бесконечные вариации теоретико-игровой ситуации против бесчисленных копий себя, что должно бы исправить его характер, привив любовь к взаимопомощи. Бесконечная череда...
– Исаак, ты знаешь, почему мы с тобой друзья?.. Потому что у тебя нет ничего, что я мог бы захотеть.
-Мы полетим? Миели цепко хватает меня за плечо и подтаскивает к краю крыши. Улица метрах в ста под нами. -Можешь попробовать, если хочешь, - говорит она, - Но в твоем теле не предусмотрены крылья.
Когда ты богат, с тобой происходят странные вещи, даже если богатство это искусственное, как в нашем обществе. Развивается своего рода солипсизм. Мир подчиняется твоей воле. Все превращается в твое отражение, и спустя некоторое время становится скучно смотреть себе в глаза.
Странно, что все обычно сводится к противостоянию двух человек с оружием в руках, реальным или воображаемым.
Иногда требуется лишь несколько мгновений, чтобы стать другим человеком. А иногда на это уходят столетия.
Будь мужчиной. Будь выше своих игрушек. Мы всегда выше вещей, которые делаем. Откажись от них. Начни что-то новое, используй собственные руки и мозги.
Любопытно, но каким бы умным ты ни был, вопросы отношений всегда кажутся такими запутанными. Я думаю, с ними нужно поступать как с гордиевым узлом: разрубать одним ударом. И никаких сложностей.
Идеи ничего не стоят, все дело в их воплощении.
— Ты не слишком большая поклонница живописи? Она негромко смеется. — Искусство не должно быть плоским, или мертвым, как это, — говорит Миели. — Оно должно звучать. — Мне кажется, в таком случае его назвали бы музыкой.
Революция всегда начинается с красивой мечты.
А если не доверяешь истории, какой смысл заботиться о настоящем?
Всегда есть какой-то выход. Ты не в тюрьме, пока сам так не считаешь.
Отсутствие времени на колебания облегчает задачу.
Время имеет те свойства, которыми мы его наделяем: абсолютное или относительное, ограниченное или бесконечное.
Исидор пытается проникнуть вглубь воспоминаний свежего шоколада.
Возможно, это правильный подход к бессмертию: стоит время от времени умирать, чтобы ценить жизнь по достоинству.
Ад - это люди.
There is always a way out. You are never in a prison unless you think you are.
— Ад, — говорю я ей, — это такое место, где собираются все интересные люди.
Я никогда не рассказываю о своих планах, пока они не сформировались окончательно. Это творческий процесс. Преступники – все равно что артисты, а сыщики – всего лишь критики.