Ей казалось, что французскому языку не хватает серьёзности, - но в этом и вся прелесть. Слова, облаченные в струящийся шёлк и прозрачный тюль, скользят по натёртому паркету, делают танцевальные па, приветствуют друг друга, снимая невидимые шляпы
Эта мысль легла ей на душу подобно тому, как вечернее шёлковое платье нежно ложится на обнажённое плечико танцовщицы в сверкающем свете люстр. Она не будет гулять вечером по Елисейским полям, не будет пить кофе на Больших бульварах и не выучит этот удивительный язык.
Получается, что это единственная фигура, обладающая всей полнотой власти.
Как объяснить эту странную тягу, это ощущение, будто ты попадаешь в совсем другой мир? Элени не находила слов, чтобы рассказать о своём тайном бегстве, о той стороне жизни, которая принадлежала только ей и где обуревала не ведомая прежде жажда познать что-то новое.
Победа, о которой никто не знает, утрачивает свой вкус.
В его жизни чтение занимает такое место, какое никогда не занимал ни один человек. К чему терять время на ежедневную пустую говорильню, когда можно общаться с лучшими, самыми блестящими умами всех времен и народов? Зачем впускать в свою жизнь людей посредственных, жалких болтунов, пусть даже и симпатичных, если ты можешь обратиться к Платону, Сенеке или Прусту?