Что бы случилось, если бы войну выиграли немцы? Книга является жесткой сатирой на современное общество. Также это неплохой приключенческий роман (загадка есть, люди, которые ее разгадывают, тоже есть).
Для обрисовки мира в книге присутствуют вкрапления официальных документов, которые рассказывают, как мир докатился до такой жизни. Плюс да, это антифашистский роман, которые показывает, до чего бы докатилось общество победившего национал-социализма через семьдесят лет. Интересная и умная книга.
Пока страна не обеспечена полностью, пока она не завалена деньгами и золотом — ей необходимо наличие врага. Враг — это тонус, враг — это объяснение необъяснимого, враг — это вечная бдительность.
Мой император. Я взрезаю себе живот, не в силах больше править этой землёй, где люди занюхивают сакэ рукавом кимоно. Прошу прощения, что опечалил ваше сердце – увы, больше мне не выдержать». Да, уроженцам Ниппона тут тяжело. Они выбились из сил, пытаясь японизировать Дальний Восток, но бесполезно. Всё по-прежнему. Сигэмицу Сидоров бьет морду Дзиммэю Гончаренко по причине того, что жена Сигэмицу – достойная хозяйка чайных церемоний Кумико Сергеевна ‑ надела чересчур откровенное кимоно, а Дзиммэй тайком запустил длань под волнующий шёлк. И никаких поклонов, никаких извинений, никаких стихов, внятно описывающих сожаления, терзающие чёрное сердце негодяя Дзиммэя.
Восходящее солнце зашло
А самураи втроём
Хлещут сакэ из ведра.
Умная женщина редко совершает глупости. Но если уж совершает – то такие, на которые неспособна последняя дура.
Кабинка туалета эконом-класса – уютная, как гроб.
Каждый, кто идёт на войну, думает, что его не убьют. И, наверное, никаких бы войн в истории не было, если бы ты знал – убьют тебя. Да-да – ИМЕННО ТЕБЯ.
Мы всегда обожаем тех, с кем воевали, но терпеть не можем ближайших соседей.
Чтобы покинуть этот мир, ты должен всем сердцем возжелать своей смерти, по-настоящему влюбиться в неё… И только тогда она придёт за тобой.
Вы знаете, с каким треском горит бумага? Будто рвется сердце.
Сакура цветёт повсюду, Голову хрень поглотила, Хочется выпить бухла.
В белых танках живы экипажи, но кончился бензин… Они лишь ворочают пушками, не в состоянии тронуться с места. Как погибающие мамонты, сломавшие себе ноги.
— Самогонка имеется, своя, — вкрадчиво шепчет гейша. — Чистейшая, как слеза. — Неси, — точно таким же тоном соглашаюсь я. — Капуста квашеная есть? — Сделаем, миленький… под фунчозу замаскируем, нехристи не разнюхают.
…Одно время я писал стихи, тщательно рисуя иероглифы на рисовой бумаге. Теперь забросил, не сочиняется. Москау проникает в тебя, как ленточный паразит, разрушает изнутри. Ты впитываешь местные мысли и образ жизни, сам того не ожидая. Я совсем обрусел. Я могу даже рыбу фугу запить спиртом — и, кстати, так она лучше идёт.
Если едят салат, то только с мясом — не утонченную версию альпийского вурстсалата, а варварский вариант под названием „оливье“, хотя логичнее было назвать его „Титаник“: овощи и курица, обняв друг друга от ужаса, тонут в море майонеза.
Двухэтажный книжный магазин с вывеской «Бухенрай»: хотя в руссландском варианте это название подошло бы скорее для винной лавки.
— Вы включили счетчики Гейгера? — радостно спросила ведущая — хрупкая, но высокая блондинка. — И напрасно: сегодня ожидается снижение уровня радиации в воздухе. Возможно, это из-за новых саркофагов, опущенных на ядерные реакторы в Воронеже и Костроме. Температура обычная для декабря — плюс тридцать. Наслаждайтесь солнцем!
Любая революция — сопливая романтика только в момент восстания. После победы это уже пасть дракона.
Чтобы книгу читали, ее следует запретить
Когда мозги используются только для отдыха - они превращаются в кашу.
Руссландский стиль жизни «помоги брату по блату» никакой Третий рейх не перебьёт.
ты можешь мыслить против системы, но всё равно будешь ей подчиняться.