...лицо полковника будто окаменело. -Что с вами, кум? Полковник вздохнул: - Октябрь, кум.
– Ну как наши больные, еще не умерли? Полковник поднялся ему навстречу. – Увы, доктор, – сказал он. – Я всегда говорил, что ваши часы спешат.
- Вечная история, - начала она снова. - Мы умираем с голоду, чтобы другие ели досыта.
- От тебя остались одни кости. - Готовлю себя на продажу, - сказал полковник. - Уже есть заказ от фабрики кларнетов.
Кто ждет долго, может подождать еще немного.
Я не ношу шляпы, чтобы ни перед кем ее не снимать.
– Это сахар, но без сахара. – Понятно, – сказал полковник и почувствовал во рту печально-сладковатый привкус. – Как колокольный звон, но без колоколов.
– Я не болен, – сказал полковник. – Просто в октябре я чувствую себя так, будто мои внутренности грызут дикие звери.
Для европейцев Южная Америка - это мужчина с усами, гитарой и револьвером
Людская неблагодарность не знает границ.
А что мы будем есть все это время? - Она схватила его за ворот рубашки и с силой тряхнула. - Скажи, что мы будем есть? Полковнику понадобилось прожить семьдесят пять лет - ровно семьдесят пять лет минута в минуту, - чтобы дожить до этого мгновения. И он почувствовал себя непобедимым, когда четко и ясно ответил: - Дерьмо.
Никогда не бывает слишком поздно
Самое плохое в бедности - это то, что она заставляет говорить неправду.
... Какими вкусными будут свиньи, если их откармливать розами.
- Мечты! - сказала женщина. - Из мечты каши не сваришь. - Каши не сваришь, но она накормит, - ответил полковник.
Когда я почувствую, что мне и в самом деле плохо, я не стану ни на кого рассчитывать. Я сам выброшу себя на помойку.
Продавать надо так, будто ты покупаешь.
Лучшее лекарство от диабета - бедность.
Только смерть приходит обязательно
- Я не ношу шляпы, чтобы ни перед кем ее не снимать.