В пригороде Стокгольма в раздевалке спортивного клуба найден зверски убитый мужчина. Позже в его доме обнаруживают зарубленных с чудовищной жестокостью жену и маленькую дочь. Похоже, убийца задался целью вырезать всю семью, однако тяжело раненный сын выжил. Комиссар уголовной полиции Йона Линна узнает, что в живых остался еще один член семьи — старшая сестра мальчика. Он понимает: необходимо найти девушку до того, как это сделает убийца. Чтобы поскорее допросить единственного свидетеля, Йона...
Это примерно как читать книгу, когда чтение захватывает так, что уже не сознаешь, что просто сидишь и читаешь.
Симоне не расплакалась, но подумала, что все теперь имеет привкус слез и тревоги - так капля молока делает прозрачную воду мутной.
— Почему бы не быть упрямым, если знаешь, что прав?
... свободная воля в гипнозе ограничена только неспособностью человека лгать самому себе.
Когда находишь ответ на старую загадку, он редко оказывается таким, как тебе хотелось
Человек, совершивший насилие, никогда не явится загипнотизированной жертве в своем подлинном обличье. Можно определить ситуацию, пронаблюдать пугающее развитие событий – но преступник не выдаст себя.
...загадки иногда создаются всего лишь обстоятельствами
Эриксон всей тушей навалился на письменный стол, лицо у него было красное. Он вяло махнул комиссару рукой и тяжко вздохнул.
– Сунь мне в пасть яблоко – и получишь рождественского поросенка, – сказал он.
– Кончай, – посоветовал комиссар, откусывая от яблока.
– Так мне и надо, – посетовал Эриксон. – С тех пор, как за углом открылась тайская забегаловка, я прибавил одиннадцать кило.
– У них вкусно.
– Да. Черт их возьми.
– Проникнуть в чужой дом – это совсем другое. – Я не проникала в чужой дом. – Вы разбили окно. – Камень разбил окно.
Катастрофы делают нас другими