Жемчужина мирового исторического романа. Первый роман из трилогии, посвященной античному историку Иосифу Флавию. С удивительной исторической точностью и глубоким драматизмом изображает Фейхтвангер перипетии восстания Иудеи против Рима, приведшего к разрушению Иерусалимского храма (70 г.). Главный герой романа, 'священник первой чреды', перешедший на сторону римлян, Иосиф стремится соединить две разных культуры, иудейскую и римскую, преодолеть разделение и ненависть между людьми. Но в своем...
Иудейское царство погибло, но не царство объединяет нас. Создавались и другие царства, они рушились, возникнут новые, которые тоже рухнут. Царство - это не самое важное. Не народ и не государство создают общность. Смысл нашей общности - не царство, смысл нашей общности - закон. Пока существуют законы и учение, наша связь нерушима, она крепче, чем если бы шла от государства.
То, что вы здесь видите, это кости последних девяти ягнят, предназначенных для жертвенного алтаря Ягве. Мы их съели. Что вы уставились на нас? Было очень вкусно.
Закон жив, пока есть голос, возвещающий его.
Действительность только неумело подражает искусству, она лишь несовершенная, искаженная имитация его.
- Пойдите принесите ягненка из ягнятника.
И те, кому выпал жребий, пошли в ягнятник. Невзирая на то, что там не было ни одного ягненка, они взяли ягненка, которого не было, они напоили его, как предписывал закон, из золотого кубка.
Другие отправились тем временем с двумя гигантскими золотыми ключами к святилищу и открыли большие врата. В то мгновение, когда мощный шум открывавшихся ворот достиг его слуха, тот, кому надлежало это сделать, заколол в другом зале жертву, которой не было. Затем они положили животное, которого не было, на мраморный стол, сняли с него кожу и разрубили его, тоже согласно закону, понесли вдевятером отдельные части к ограде алтаря. Затем кинули жребий, кому нести жертвенные части на самый алтарь. Пришли низшие служители и переодели избранных. Затем они возжгли на жертвеннике огонь и стали бросать в него курение, черпали из золотой чаши золотыми ложками. И они взяли стозвучный гидравлический гудок и заставили его зазвучать всеми голосами сразу. Когда раздавался этот мощный вой, покрывавший в Иерусалиме каждый звук, все знали, что сейчас совершается жертвоприношение, и простирались ниц.
-Не осуждайте никого,пока он не дошел до конца.
Нас нельзя рассеять, пока у нас есть язык для слов или бумага для закона.
Война - это кровь и огонь, это величественное зрелище, война пахла чудесно, война - это дикие и вдохновенные мужские лица, жаждущие быстрой, блаженной смерти.
Нам не дано завершить это дело, но мы не имеем права от него отрекаться.
Тот, кто станет на сторону разума, обречен страдать.