Цитаты из книги «Суер-Выер» Юрий Коваль

- Я привыкла. - Извините, мэм. К чему вы привыкли, не понимаю? - Сижу здесь с шестью грудями, а всякие идиоты за спиной ходят.

Пиво и энергетика вполне совместимы...

Дым дуплета сшиб пилотку с кочегара Ковпака, а сама дробь в кабана никак не попала. Она перешибла чёрточку в фамилии Петров-Лодкин.
(...)
– А я в кабана и не целился, – неожиданно заявил Кацман, – я в чёрточку целился. Попробуйте-ка, сэр, попадите в чёрточку фамилии Петров-Лодкин. Признаюсь, эта чёрточка давно меня раздражала.
– Благодарите судьбу, что вы попали не в мою чёрточку, – сказал Суер-Выер.

Я решил закончить этот пергамент. Закончим его внезапно, как внезапно кончится когда-то и наша жизнь. В НАЧАЛЕ БЫЛО СЛОВО, В КОНЦЕ ЕГО КОНЕЧНО, УЖЕ НЕ БУДЕТ.

Таблица основных перегаров:
Водка - перегар ровный, течет как Волга. Принят за эталон, от него уже танцуют.
Ром - помутней, отдает гвоздикой.
Виски - дубовый перегар, отдает обсосанным янтарем.
Коньяк - будто украденную курицу жарили. И пережарили.
Джин - пахнет сукном красных штанов королевских гвардейцев.
Портвейн - как будто съели полкило овечьего помета.
Кагор - изабеллой с блюменталем.
Токайское - сушеный мухомор.
Херес - ветром дальних странствий.
Мадера - светлым потом классических гитаристов школы Сеговии.
Шампанское - как ни странно, перегар от него пахнет порохом. Дымным.
Самогон (хороший) - розой.
Самогон (плохой) - дерьмом собачьим.

Некоторые люди, имеющие позу, охотно её меняют, а с потерей позы теряют и лицо.

– А надо быть золотым и в прямом, и в переносном! – объяснял князь. – У нас так полагается. Уж если ты золотой в прямом – будь любезен, стань золотым и в переносном. Тогда про тебя можно действительно сказать – золотой человек.
– Это – огромная редкость, – задумался сэр Суер-Выер. – На материке почти не встречаются золотые как в прямом, так и в переносном. Золотых в переносном – полно, но все они нищие до мозга костей. Только чуть разбогатеют – сразу переносное золото теряют.

– Гвозди, – говорил между тем Суер-Выер. – Что такое гвозди? Это предметы, скрепляющие разные сущности. Сущность берёзы гвоздь способен скрепить со смыслом кипариса. Невыносимо! Отвратительно это: скреплять разные сущности таким ржавым железным и ударным образом.

Всякий мало-мальски приличный член экипажа строил харю, надеясь такою харею младенца развлечь.

Адмиралиссимус Онисим Был справедлив, но онанисим.

БАСОВ и ГЕНА(ПЬЕСА)БАСОВ. – Ты ль это предо мною, Гена?
ГЕНА. – Да, это я. Иду с рентгена.
БАСОВ. – Туберкулёз?
ГЕНА. – Да нет, пустяк.
Ходил просвечивать костяк.
Вот погляди на плёнку эту.
Что видишь?
БАСОВ. – Признаки скелету!
Ужели этот строй костей –
Твоих вместилище страстей?
ГЕНА. – Да, это так!
Зимой и летом
Я этим пользуюсь скелетом.
БАСОВ. – Ну, друг, с такою арматурой
Широкой надо быть натурой!
Пойдём в киосок «Вина-Воды»,
Ведь протекают наши годы!
ГЕНА. – Да, всё течёт!
И с каждым летом
ВМЕСТЕ.– Всё больше шансов
Стать скелетом!

Картошку мы не содим, её окучивать надо, а это без распрямления всей спины очень трудно. Так что – репу. Которые помоложе, покрепче – ещё и турнепс.

– Вот и чудесно! Мы можем проплыть мимо этого острова и оставить чушь за бортом, а можем и задуматься. Как-никак, а гербарий – это альбом засушенных растений. – Лично мне нравятся засушенные рыбы в стиле вяленой воблы, – сказал Кацман.

Старпом подал гривенник. Суер целковый. Я, как обычно, – подаяние. Лоцман подал руку.

К тому же преданность, или, если хочешь, собачья преданность, или, если хочешь - любовь, сокращает век, хотя и украшает жизнь.

Тёмный крепдешин ночи окутал жидкое тело океана.

Лоцман Кацман в этот момент стоял на корме и пил свой утренний пиво.

– Лишних женщин, мой друг, не бывает, – сказал Суер-Выер. – Как и мужчин. Лишними бывают только люди.

Я давно примечаю в людях этот сердобольный идиотизм: немедленно поднимать упавшего, не разобравшись, в чём дело.

И поверьте мне: гениальность, даже пониженная, всегда всё таки лучше повышенной бездарности.