В армянском соборе Святого Иоанна Крестителя в Париже убит чилийский беженец Вильгельм Гетц, регент хора мальчиков и органист. Касдан, офицер полиции в отставке и прихожанин собора, немедленно начинает собственное неофициальное расследование. К нему присоединяется Волокин из отдела по защите прав несовершеннолетних. Оказывается, в прошлом исчезло несколько мальчиков из хоров, которыми руководил Гетц. За первым преступлением следуют еще более кровавые убийства. Между полным опасностей...
Нет лучшего охотника, чем тот, кто охотится на своих.
— Все это, — возразил Касдан, — просто красивые слова. Вы доказываете только одно: вы ничем не лучше тех, кого преследуете. — А кто сказал, что мы лучше? Все мы — бойцы. И с той и с другой стороны баррикад.
От экзотики никуда не денешься. Легавый-армянин допрашивает маврикийца насчет регента-чилийца. Прямо не расследование, a «world kitchen»[2] какая-то.
И все будет определено им. Как и все отцы, отныне он был ребенком собственного сына.
Хорошо знаешь тех, кого ненавидишь!
Охваченный отвращением, Касдан выпрямился. Ему 63 года, а он все никак не может привыкнуть. Откуда исходит зло? Это стремление к разрушению? Безразличие по отношению к самому драгоценному дару - Жизни? Ему вспомнились слова, брошенные охранником в Освенциме: "Здесь, не спрашивают, за что"
Невроз - наркотик для человека, который не принимает наркотиков.
История всего лишь вечное повторение.
- Как у тебя все просто. - Чем проще, тем вероятнее, что это правда, Касдан. Сам знаешь.
Откуда такая ненависть? По мере чтения Касдан находил ответы. По мнению правительства США, Сальвадор Альенде был виноват вдвойне. Его идеологическая вина заключалась в том, что он был социалистом. А экономическая — в том, что он собирался национализировать предприятия по добыче меди, главного природного ресурса Чили. Большая часть этих предприятий принадлежала американским компаниям. Дядя Сэм не любит, когда у него отбирают наворованное. Вся история Соединенных Штатов — сплошное вооруженное ограбление.
Труднее всего найти то, что лежит у тебя под носом.
Жизнь - лишь отсрочка в океане небытия.
Дружба опасна. Как и всё остальное: легко подсесть.
Человек создан, чтобы мечтать, чтобы сражаться, а не смиряться со своей участью. Таков закон эволюции. Но главное, человек создан для поэзии. Утопия и есть поэзия. А поэзия всегда побеждает реальность.
Боль - самое надёжное средство приблизиться к Богу.
Как говорится, "единственная разница между религией и сектой заключается в количестве последователей".
Ненависть — дар, которым делятся особенно охотно.
Человек создан, чтобы мечтать, чтобы сражаться, а не смиряться со своей участью.
Главное правило дипломатии - всегда спешить на помощь победителю.
Самое печальное не то, что нацизм существовал, что он поразил целый народ и из-за него погибли миллионы людей. И даже не то, что эта гнусность существует и поныне по всей планете. По правде говоря, самое печальное то, что нацист живёт в каждом из нас. Без исключения.