В уникальном исследовании известных публицистов-эмигрантов П. Вайля и А. Гениса впервые проанализированы различные аспекты советского общества 60-х годов — образ жизни, общественные умонастроения, стереотипы сознания, атмосфера. Авторами нарисована яркая картина эпохи, начавшейся в 1961 г. XXII съездом Коммунистической партии и завершившейся в 1968 г. оккупацией Чехословакии, — эпохи парадных шествий, социальных упований, зарождения диссидентского движения, надежд и разочарований. Легко и...
«Ирония – неизменный спутник безверия и сомнения, она исчезает, как только появляется вера, не допускающая кощунства»
Когда не от чего отлынивать, свобода обременительна, день бесконечен, и водка не лезет.
Когда автору нечего сказать, он иронизирует.
Быть может, история 60-х - это история трансформации метафоры "коммунизм" в метафору "империя".
Школа учит, что долг доносчика выше милосердия укрывателя. При этом ябеда наказывается остракизмом и не вознаграждается ничем. В этом духовное совершенство ябеды. Чувство исполненного долга перед обществом - награда самому себе.
Известно, что Советским Союзом правит вахтёр. С этим советский человек сталкивается в школе, где директор и учителя лебезят перед пожилой угрюмой женщиной с метлой и ключами.
Гордость России - воздвигнутый в честь победы над Наполеоном московский храм Христа Спасителя - не просто сровняли с землей. На его месте соорудили не клуб, не казарму, не райком - а бассейн, заменив возвышение углублением, гору пропастью, мужской символ женским. И зияющая впадина была залита стерильной хлорированной водой.
Известно, что Советским Союзом правит вахтер. С этим советский человек сталкивается в школе, где директор заискивает и учителя лебезят перед пожилой угрюмой женщиной с метлой и ключами. Вовсе не рабочий и колхозница, как утверждали скульптор Мухина и газеты, а вахтер и уборщица осеняют жизненный путь. Коридорные в гостиницах, проводницы в поездах, швейцары в ресторанах, вохровцы на проходной, санитарки, приемщицы, продавцы – все они серьезно и неторопливо вершат свой будничный суд. Их речи значительны и немногословны: «Местов нет!» – встречают и провожают человека на земле нянечка в родильном доме и кладбищенский сторож.
В эпоху западничества нерусская интонация стремительно распространилась по стране. Особую роль в этом сыграла Эдита Пьеха. Польская еврейка, родившаяся во Франции и ставшая солисткой ленинградского ансамбля «Дружба», она пела с акцентом: «В етым мирье, в етым горьоде, там гдье ульици грюстьят о льете…» Очарованные европейским лоском Пьехи, а еще больше – ее всесоюзным успехом, с акцентом запели советские певицы и певцы, намекая на причастность к западным стандартам. Возник некий универсальный язык, который распространился по схеме: большая эстрада – малая эстрада – самодеятельность – разговорная речь. На рязанской танцплощадке изъяснялись интимным шепотом не слыханного прежде звучания.
Никто не сомневался, что женщина должна варить сталь и месить бетон, но – изящно и эстетично.
ведь цензура,рассуждали мы, не только вычеркивает, но и творит, создавая искаженный слепок с действительности.
Один поэт – поэма, много поэтов – революция.
Цинизм - убежище для бывшего весёлого-хорошего человека, так как не требует ничьего соучастия: циник всегда наедине с собой. Но индивидуализм не может быть весёлым: плакать можно в одиночку, смеяться - никак. В лучшем случае - усмехаться.
Как остроты Аркадия Райкина, передавались реплики с допросов в КГБ: "Откуда у вас Евангелие? - От Матфея".
Нам ведь очень редко нравится время, в котором мы живём, но иногда мы идём в ногу с календарём и верим в светлое будущее.
Как любой сакральный текст, партийные документы подлежали бесконечным трактовкам.
российское коллективное сознание основывалось на двух главных символах: войне и храме.
в дни салютов неуместно спрашивать о цене.
Конечно, никакие документы, никакие архивы, никакие мемуары не восстанавливают прошлое. Они формируют настоящее, создавая миф о прошлом.
Граница между взрослыми и детьми непреодолима. Принципиальная разница заключается в том, что взрослые строят мир детей, как хотят, а сами живут, как получится.