Ни одна секта и ни одна политическая партия не считают, что они могут позволить себе отказаться от содействия своему делу с помощью обращения к чувствам людей. Напыщенная риторика, гром музыки и песен, полотнища знамен, цветы и цвета используются в качестве символов, а лидеры стараются привязать своих последователей к собственной личности. Либерализм не имеет с этим ничего общего. У него нет ни партийного цветка, ни партийного знамени, ни партийной песни, ни партийных идолов, ни символов, ни лозунгов. В его распоряжении суть и доводы. Они и должны привести его к победе.
Либерализм часто упрекали в чисто внешнем и материалистическом отношении к земному и преходящему.
Жизнь человека, как говорится, состоит не только из еды и питья. Существуют более высокие и важные потребности, чем пища и вода, кров и одежда. Даже величайшие земные богатства не могут дать человеку счастья: они не затрагивают его внутреннего "я", оставляя душу неудовлетворенной и пустой. Самая серьезная ошибка либерализма состояла в том, что он ничего не мог предложить более глубоким и благородным чаяниям человека. Но критики, высказывающиеся в таком духе, лишь демонстрируют свое неправильное и материалистическое понимание этих высших и благородных потребностей. Имеющимися средствами социальной политики, можно сделать людей богатыми или бедными, но нельзя сделать их счастливыми или ответить их сокровенным стремлениям. И никакие внешние средства не приносят здесь успеха.
Единственное, что может сделать социальная политика, так это уничтожить внешние причины боли и страдания. Она может развивать систему, которая дает пищу голодным, одежду - раздетым и жилье - бездомным. Счастье и удовлетворение зависят не от еды, одежды и жилья, а, помимо всего прочего, от того, что человек лелеет внутри себя. Не от пренебрежения к духовным благам либерализм занят исключительно материальным благополучием человека, а от убеждения, что самое высокое и глубокое в человеке не может быть затронуто никаким внешним регулированием. Он пытается обеспечить только внешнее благополучие, потому что знает, что внутренние, духовные богатства могут прийти к человеку не извне, а лишь из глубины его собственного сердца. Он не имеет целью создать что-либо иное, кроме внешних предпосылок развития внутренней жизни. И нет никакого сомнения в том, что относительно процветающий человек XX столетия может скорее удовлетворить свои духовные потребности, чем, скажем, живший в X веке и пребывавший в постоянной тревоге о хлебе насущном - чтобы просто не умереть с голоду, и за жизнь - из-за постоянно угрожавших опасностей и врагов.
Стремление к свободе есть основополагающий принцип общества. А жизнь человека невозможна без борьбы за свободу - свободу высказывать свое мнение, выражать и обсуждать свои взгляды, объединяться в группы и партии, выбирать и менять правительство, голосовать за своих представителей, организовывать свою общественную и экономическую жизнь так, как ему хочется, - до тех пор, пока это не нарушает мира. Наслаждаться свободой - значит работать так, как нравится, получать то занятие, которое человек считает подходящим, свободно покупать и продавать результаты своей деятельности и оставлять себе вознаграждение. Быть свободным - значит не встречать препятствий и затруднений в своих мирных экономических занятиях и устремлениях.
Большевики не могут сделать свой народ счастливым, не могут этого сделать также и социалисты Австрии, потому что этому якобы мешает "западный капитализм". По крайней мере, пятьдесят лет в Германии и Австрии правили антилиберальные партии, но до сих пор мы все еще читаем в их манифестах и публичных заявлениях, включая те, которые сделаны их "научными" защитниками, что вина за все существующее зло лежит на влиянии либеральных принципов.
Антикапитализм может сохранить свое существование только за счет капитализма.