Даже не знаю с чего шеф злился больше, с того что кот реально стер мои сообщения, или с того, что когда Исинхай зашел в гости к Багору, котяра изменил своим привычкам и обгадил туфли шефа… И кстати теперь каждое утро мотается в квартиру Исинхая и оставляет там перед дверью лужи, пропагандируя свободу выбора личности в том, где ей собственно гадить.
У меня было ощущение, что это все какой-то вирус, и я больна им на всю голову. Меня не отпускало желание целовать, прижиматься всем телом, нежиться в объятиях Антара
Выходила из лифта с видом победительницы — горе-похитители валялись вповалку на полу лифта, кто с наручниками в глотке, кто с хлороформом в той же глотке, потому что не надо мне всякой гадостью в морду пшикать.
Кахэр Ринар взглянул на спящую сотрудницу разведуправления с откровенным уважением, и приказал Эмину:
«Копай. Зубами!»
— Кошмары или совесть? — невозмутимо поинтересовался кахэр Ранир, мгновенно ощутивший ее пробуждение.
достаточно было вспомнить высоту каблуков ее открывающих кончики пальцев босоножек, чтобы осознать насколько она владеет собственным телом — на таких ходулях не всякий цирковой артист сумел бы передвигаться с подобной легкостью.
Лифт встретил меня неожиданными пятью бугаями, которые сделали вид, что они тут вообще просто так стоят, и в целом утро прекрасное и все такое, и «Вы, девушка, заходите, не бойтесь, мы мирные».
Я и не боялась, потому что это они может и мирные, а вот я не очень.
Уже спускаясь вниз в лифте, набрала любимый номер, и дождавшись родного:
— Да, мой свет?
Тихо призналась, еще не веря своему счастью:
— А мы немножко беременны.
— Сбегать от кахэра Эмара смысла не было, все присутствовавшие там в черной форме сотрудников службы безопасности работают на меня.
Оу…
— Им следовало бы как минимум намекнуть мне на это, — совершенно серьезно сказала я.
— Они пытались, — улыбнулся Антар, — но вы… очень быстро бегаете.
— Слов нет, — низким мягким грудным голосом произнес президент.
Произнес по гаэрски. Мило улыбнулась ему, и мягко обойдя, начала исследовать спину, отстраненно заметив, что в кабинете мы больше не одни.
— Ничего не хочешь мне сказать? — поинтересовался не у меня кахэр Нахмару.
— Эм… стой смирно? — нервно предложил кахэр Ранир.
— Эта прискорбность ваш единственный шанс, на данный момент. И я бы попросила вас вернуться на прежнее место.
— Нервирую? — поинтересовался Ранир.
— Бесите, — безразлично ответила она. — Как болотная мошка — вроде и мелочь, а бесит.
После чего, зло шагая, прошла в кабинет, рухнула в кресло напротив сидящих мужчин, закинула ноги на стол, устроив одну на другой, и покачивая конструкцией, мрачно предложила:
— Жалуйтесь!
В обморок я умела падать везде, всегда, при любых обстоятельствах, в максимально красивой позе, и с неизменной достоверностью.....
— Кахэр Ранир, вы просили у меня специалиста, способного увидеть больше, чем все те к кому вы обращались прежде, чем заявиться ко мне.
Секундное молчание и спокойное:
— Она свободная женщина, на нее могут заявить права.
— Пришлю букет цветов на могилу самоубийцы, — усмехнулся Исинхай.
"Все-таки неплохо иногда быть женщиной, всегда можно прикинуться слабенькой, глупенькой, тупенькой… и дальше по списку…"
У кого вообще хватило мозгов заплатить столько хрен знает за что, даже если это «что» это собственно я.
«Да кто ж знал, что они прыгают аж на пять сантиметров вверх!».
Летчиком я была аховым, ахать правда предстояло не мне – я пристегнулась, а кто не успел, те не моя проблема.