«Гений» — это детектив и в то же время гораздо больше, чем детектив. Литературный уровень «Гения» приятно удивит даже самого придирчивого ценителя хорошей прозы. Джесси Келлермана сравнивают с Джоном Фаулзом, и в этом есть доля истины. Изощренные, таинственные сюжеты в его романах сочетаются с высочайшим литературным стилем и философской глубиной. Итан Мюллер — галерист. Однажды к нему в руки попадают рисунки художника Виктора Крейка, долгие годы жившего затворником, а недавно бесследно...
Надо писать короткими фразами. Использовать смелые сравнения при описании сексуальных блондинок.
И пока она дышит, она будет верить в то, что выход есть всегда. Любые обстоятельства, даже самые ужасные, можно обернуть себе на пользу, если постараться. Заставить ружье выстрелить в того, кто его держит.
Гоген назвал цивилизованность болезнью. Он же сказал, что в искусстве бывают только плагиат и революция.
Легче всего добиться своего, позволив противнику считать, будто он победил.
Не доверяю я бинарным системам: свет и тень, добро и зло, мужчина и женщина.
Я давным-давно живу в мире, где все ненастоящее. Тут всегда маскарад, все друг другу подмигивают, все обо всем знают, и все слова в кавычках.
Самовлюбленность и вина плохо сочетаются. Они смешиваются, и получается раздражение.
... во-первых, я потратил немало времени, прежде чем осознал границы своих возможностей, а во-вторых, в наши дни очень модно стало верить в безграничность личностного потенциала. Впрочем, любой мало-мальски трезвомыслящий человек в мгновение ока разуверится в истинности этого постулата, придуманного исключительно для того, чтобы успокаивать разбушевавшиеся нервы людей с низкой самооценкой.
Берта ненавидит дом. В мавзолее и то жить лучше, сказала она. Вряд ли это правда, хотя их фамильный склеп отделан с большим вкусом, и там наверняка меньше шансов разбить что-нибудь ценное.
Между пятнадцатью и двадцатью четырьмя годами я отрывался по полной, счастье еще, что не подхватил ничего заразного, разве только умение непарламентски выражаться и пить дешевое шампанское.
Борхес утверждал, что патетика - путь посредственности и страстное желание быт гением - один из самых серьезных соблазнов в искусстве.
В таком случае настоящий гений не осознает собственной гениальности.
- Она раньше хорошо писала.
- Все они поначалу неплохо пишут. Пока художник голодный, он рисует так, чтобы его хвалили критики. А стоит его похвалить, он сразу же решает, что можно насрать в баночку, и это будет искусство.
Я напомнил ей, что Пьеро Мандзони и правда продавал баночки с собственными экскрементами.
- Так то когда было! - ответила Мэрилин. - Сорок лет назад это считалось открытием. А сейчас это просто говно.
В заурядности нет ничего постыдного, нет ничего аморального. Я не верю, что в реестре Господа Бога гении стоят выше обычных людей.
И Уолтер, характером и поступками похожий на возлюбленного дядю его, родил Льюиса. И Льюис породил ужас в сердцах, ибо застали его в тот момент, когда поваренок делал ему минет. Казалось бы, чем посудомойки-то его не устраивали?
Отец говорит: придется затянуть пояс, а мать отвечает: все равно надо жить по-человечески. Дэвид не видит связи. Если ты затянул пояс, почему нельзя жить по-человечески?
Нация, которая избавляется от лучших умом, вряд ли стоит на пути к процветанию.
Даже когда вокруг тебя полно людей, ты все равно один. Одиночество естественно. Человек появляется на свет в одиночестве и в одиночестве же уходит. А все, что посредине, существует лишь для того, чтобы подсластить пилюлю.
В таком случае настоящий гений не сознает собственной гениальности. Гений на то и гений, что не должен задумываться над своими творениями, не должен задумываться над тем, как примет его публика или как его произведения повлияют на его дальнейшую судьбу. Гений просто действует. Он- человек ограниченный, для него существует одна лишь страсть, страсть нездоровая и часто разрушительная.
То, что нас бесит в собственных родителях, в чужих кажется совершенно нормальным.