Тяжело в учении - проще в лечении. А ведь так и есть...
Подыхать надо было в Зоне,а не в светлом будущем.
Подшлемник защитил мою голову от ранений и сотрясения, но за те три минуты, что я бегал под градом, она претерпела столько ударов, что гудела теперь на все лады, как церковный орган, до клавиш которого дорвалась обезьяна.
Память-это ведь не губка, в которую что впиталось, то обратно и выдавилось. С памятью такие штуки не проходят.Тут как раз наоборот - чем больше давишь, тем меньше получишь.
Всему своё время: когда-нибудь да поберет.
Градины молотили мне по комбинезону и накрытому капюшоном, легкому противоударному подшлемнику.
И» ударилась в ствол ясеня, за который я шарахнулся от предыдущего снаряда. «Н» не достигла земли и повисла на ветвях в ожидании сильного ветра, что сбросит ее вниз. Точнее всего была брошена «Я».
Я сразу догадался, откуда взялась просвистевшая у меня над головой огромная буква «Х». Грохнувшись оземь далеко впереди, она не причинила мне вреда. Зато единым махом убила робкую надежду на то, что мастер телекинеза просто припугнул меня, а погоня вовсе не входила в его планы.
Далее летающие буквы обрушились на меня одна за другой с перерывом в несколько секунд. «У» врезалась в железную бельевую перекладину слева от меня, когда я не успел еще толком испугаться после падения с неба «Х».
Теперь думать о бегстве было поздно, о сопротивлении – глупо, а о самоубийстве – неохота.