6+ Фрэнсис Элиза Бёрнетт «Таинственный сад». Роман, 1911 год. Читает Маргарита Иванова. Девочка, с детства обделенная вниманием родителей, росла лишь в обществе слуг, с которыми умела общаться лишь грубо, всегда командуя и требуя своего. После смерти родителей, она переезжает в дом своего дяди, у которого она постепенно учится заново общаться с людьми и начинает иначе смотреть на жизнь. Здесь же она знакомится с капризным мальчиком, никогда не выходящим из дома, из-за своей болезни и...
Когда его новые, хорошие мысли стали вытеснять старые, отвратительные, к нему стала возвращаться жизнь, по его жилам потекла здоровая кровь и стали прибывать силы...
И лгут же люди! – вдруг выпалил он. – Ты худой, как щепка, и бледный, как привидение, но на тебе ни узелка нет! Из тебя еще выйдет человек, благослови тебя Господь!
Дикон крепко держал Колина под руку, но мальчик не выказывал усталости. Он стоял так же прямо и глядел в лицо Бена.
– Я – твой господин, когда здесь нет моего отца, – сказал он, – и ты должен мне повиноваться. Этот сад мой. Не смей говорить ни слова про него. Сойди с лестницы и пойди в длинную аллею; там тебя встретит мисс Мери и приведет сюда. Я хочу поговорить с тобой. Ты нам вовсе не нужен, но теперь придется доверить тебе тайну. Скорее же!
Угрюмое лицо Бена еще было мокро от слез, и он, казалось, не мог отвести глаз от худой, прямой фигуры Колина, стоявшего на ногах, с закинутой назад головой.
– О, мой мальчик! – прошептал он. И потом, как будто вдруг вспомнив что-то, почтительно дотронулся до своей шляпы и сказал: – Да, сэр! Слушаю! – послушно спустился с лестницы и исчез.
Как только Прыжок завидел Дикона, он поднял голову и тихо заржал, потом подошел к нему и положил голову ему на плечо. Дикон стал что-то говорить ему на ухо, а он ржал и фыркал, точно отвечая ему. Дикон заставил его дать Мери одну из передних ног и «поцеловать» ее в щеку бархатистой мордой.
– Разве он в самом деле понимает все, что ему говорит Дикон? – спросил Колин.
– Кажется, что понимает, – ответила Мери. – Дикон говорит, что всякая тварь поймет тебя, если только ты настоящий друг ей; но надо быть настоящим другом...
Наступило такое время, когда каждый день в саду происходила такая перемена, как будто там проходили волшебники, вызывая своими жезлами красоту из земли, из ветвей...
Он будет смеяться… а людям хорошо смеяться. Моя мать говорит, что полчаса хорошего смеха каждый день вылечат всякого, кто собирается заболеть...
– Клочок земли, – сказал он, говоря сам с собой, и Мери подумала, что она, вероятно, вызвала в нем какие-то воспоминания. Когда он остановился и заговорил с нею, его темные глаза смотрели мягче и добрее. – Можешь получить земли сколько хочешь… Ты мне напоминаешь… кое-кого… кто любил землю и то, что растет на ней… Если увидишь клочок земли, который тебе понравится, – добавил он с некоторым подобием улыбки, – возьми его, дитя, и сделай живым!
Главное, чтобы душа у тебя была радостна и чиста. А слова... Не такая уж сильная в них важность.
Если все время лежать и думать, какой ты несчастный, можно и умереть, и горбатым стать, даже если у твоего отца никогда горба не было.
Одним из открытий минувшего века было то, что человечество наконец осознало: наши мысли таят не меньше энергии, чем заряд электричества. Добрые мысли подобны свету, а злые могут убить или безвозвратно испортить жизнь, если люди их вовремя не
Когда болеешь, не имеет значения, хорошо или плохо на улице.
Не очень легко понять капризы больного, когда сам здоров и не страдаешь от одиночества и тоски.
Моя матушка говорит, с ребенком две плохие крайности могут произойти. Либо ему вообще ничего не велят, либо, напротив, все позволяют, и неизвестно, что из этого хуже.
Только там расцветут пышно розы, мой мальчик, где ты выполол все сорняки!
Женщина, даже простолюдинка, может стать королевой, а аристократка может превратиться в прислугу. Всё зависит от того, как к ней относится мужчина, которого она любит
Я пришел к выводу, что волшебство - это то, что толкает, поднимает и вообще делает вещи из ничего. из волшебства сделаны листья и деревья, цветы и птицы, барсуки, лисы, белки и даже люди. Значит, волшебство просто везде - и вокруг нас, и во всех остальных местах тоже.
Все эгоисты обзывают эгоистами всех других.
– Разве девчонки могут помочь чинить паровоз? – одолели большие сомнения Питера. – Разумеется, могут, – заверил папа. – Девочки столь же умны, как и мальчики.
“Мало ли дураков в мире?... Слушать их всех – уши завянут.”
Тот, кто растит двенадцать детей, будто науки все выучил.
В мире существует много всякого волшебства. Просто большинство людей никогда им не пользуется. Они не знают, как это сделать, — сожалея о недальновидности человечества, покачал головой мальчик. — А я, по-моему, на пороге открытия. Полагаю, главное тут — повторять, повторять, повторять то, что ты хочешь, чтобы произошло, и самому верить. Тогда волшебство заработает, и все выйдет, как надо.
Когда слишком много представляешь, что скоро тебя не будет, очень хочется плакать.
Когда люди улыбаются, они кажутся гораздо лучше.
Тот, кто хоть раз просыпался ранним утром и, встретив розовую зарю, замирал от восторга при виде восходящего солнца, мог, как и Колин, воскликнуть: «Я буду жить долго-долго!» И если однажды оказался в лесу на закате, мог испытать те же чувства. Потому что в последние мгновения уходящего дня листья подсвечены золотом, и сама тишина, которая наступает вокруг, безмолвно говорит с тобою о вечности. Тихо шепчут о вечности и звездные ночи. Вглядитесь попристальней в темно-синее небо. Чувствуете, как оно роднит нас с прошлым и будущим? А глаза… Глаза верного друга, в которых черпаешь веру… Вот вам еще один залог долгой жизни.
Ни у птиц, ни у людей и ни у кого на свете не бывает лишнего времени, когда настала пора собственный дом возводить.
Именно в это утро она впервые подумала, что, когда птицы громко поют, это, наверное, просто от радости.