Себастьяну семнадцать лет, но он не похож на своих сверстников. У него нет ни друзей, ни знакомых, и он почти не выходит на улицу - все из-за отца, который ограничил его жизнь стенами их квартиры. И лишь глубокой ночью Себастьян может выскользнуть на улицу, чтобы хоть немного развлечься. Например, прокатиться в метро. Там-то он и встречает девушку... Марии двадцать три, у нее двое детей и муж, склонный к насилию. Мария до смерти боится, что муж узнает, что ее уволили, и вместо работы она...
В другое время я не сделал бы того, что сделал. Ни за год до того, ни за день. Только в ту самую минуту.
Я подумала: наверное, многоэтажек тут не строят, чтобы небо не заслонять. Наверное, здешние строители поняли, что у них самое синее небо в мире, - и решили не портить эту красоту.
Совсем необязательно знать миллион людей, чтобы понять, что их них мало кто счастлив.
Твоя боль - как металлический штырь, из тех, что в деревья вбивают. Если дерево не погибнет, то продолжает расти, и штырь тогда становится его частью. Пройдет время, и ты научишься жить со своей болью.
- Настоящий мир - замечательно. А мир любой ценой - это и не мир вовсе.
Когда кто-то думает, что ты его не слушаешь, это всегда заметно. Он голос повышает, говорит все быстрее, повторяется.
Наверное, дело не в том, что мы не способны. Дело в том, что большинство этого не делает.
Чем дольше живёшь, тем больше понимаешь, что люди, в общем-то, мечтают переделать свою жизнь. Ну или хотя бы исправить самую большую свою ошибку.
Только так уж выходит: я вам сто раз покажу правильную дорогу, а сама, черт возьми, пятьдесят раз сверну в другую сторону. Мой отец называл меня ходячим несчастьем. И в отличие от прочего, в этом он, наверное, был прав.
Легко любить того, кто делает тебя счастливым. Особого таланта не требуется. На это каждый способен. Зато когда становишься мудрее, то начинаешь понимать, что любить человека надо со всеми его минусами, со всеми грехами.