Удивительная история о сказочном мальчике, который не хотел взрослеть, давно поразила воображение детей и взрослых. Она началась с того, что однажды Питер Пэн влетел в окно детской в доме, где жили девочка Венди и двое ее братьев. Вместе с Питером они отправились на далекий волшебный остров. Там им встретились русалки, храбрые индейцы, озорная фея и даже пираты с их злобным главарем капитаном Крюком, судьба которого окажется в руках летающего мальчика. И тут героев ждут захватывающие...
Это в обычае у всех хороших матерей. Когда дети уснут, матери производят уборку в их мыслях, наводят там порядок и кладут все мысли по местам. Когда ребёнок просыпается, то все капризы лежат сложенные на дне его головы, а сверху положены добрые чувства, хорошенечко проветренные и вычищенные за ночь.
Когда она была маленькая, она, конечно, этому верила, но теперь она была замужем и разумной женщиной, поэтому решительно сомневалась в существовании подобного персонажа.
...Мужество его просто ужасало. — Чего ты сейчас хочешь, — спросил он небрежно Джона, — приключений или чаю?
Одно она знала твердо: родители всегда будут держать открытым окно, через которое они вылетели, чтобы они могли вернуться домой.
Звезды вообще-то красивые. Но они не могут ни во что вмешиваться. Они могут только смотреть. Кажется, это для них наказание за что-то. А за что, ни одна звезда уже не в силах вспомнить.
- Девочки умнее мальчиков. - Ты правда так считаешь? - Я живу среди пропавших мальчишек. Их не зря так зовут. - А кто они? - Дети, выпавшие из коляски, когда няня зазевалась. Кого за неделю не хватятся, отправляют в Небытляндию. - И девочек тоже? - Девочки слишком умны, чтобы упасть их коляски.
Питер в этих занятиях участия не принимал. Во-первых, он признавал только одну маму на свете-Венди. А во-вторых, он был единственным мальчиком на свете, который не мог ни прочесть, ни написать ни единой буковки.Он был выше таких мелочей!
Иметь веру — это почти то же самое, что иметь крылья.
"В дом нельзя войти, не постучав".
Дети сейчас так много знают, что очень рано перестают верить в фей, а всякий раз, когда кто-нибудь из них говорит: "Я в фей не верю", какая-нибудь фея тут же падает и умирает.
Он им даже вроде бы нравится. Чем же он им нравится? Может, тем, что он в форме? Боцман всегда был в хорошей форме, хотя сам не догадывался об этом. А не догадываться – это и есть лучшая форма!
Мы улетаем, словно самые бессердечные существа (дети все таковы, но они так милы!), живем, ни о ком не думая, а потом, как только нам потребуется особое внимание, мы благородно возвращаемся домой, уверенные, что нас встретят с распростертыми объятиями, а не шлепками.
Дети взрослеют слишком быстро. Когда я пытаюсь вспомнить своё детство, вспоминается мало. Или просто не вспоминается. Дети взрослеют слишком быстро. Надо это запретить. Запретить взрослеть. Тогда всё будет лучше, чем есть.
Странные вещи случаются с нами иногда в жизни. А мы даже не замечаем ,что они происходят.
— А почему ты теперь не летаешь, мама? — Потому что я выросла, милая. Взрослые летать не умеют. — Почему? — Потому что летать может только тот, кто весел, бесхитростен и бессердечен. А взрослые уже не такие.
Умереть — это ведь тоже большое и интересное приключение.
Второй поворот направо, а дальше прямо до самого утра.
И еще было у мамы в характере что-то такое... ну, прямо поразительное, почти волшебное. Я вам сейчас попытаюсь объяснить. Знаете, бывают такие ящички. Откроешь один, а в нем — другой, а в другом — третий. И всегда остается еще один ящичек про запас, сколько ты ни открывай.
- А почему ты теперь не летаешь, мама? - Потому что я выросла, милая. Взрослые летать не умеют. - Почему? - Потому что летать может только тот, кто весел, бесхитростен и бессердечен. А взрослые уже не такие.
...Впрочем, раз уж мы здесь, можно здесь и остаться. Посмотрим, что будет дальше. Да, мы всего лишь сторонние наблюдатели, и только. Никому мы на деле не нужны. Что ж, будем смотреть и говорить всякие гадости, авось досадим кому-нибудь.