Остатки Северной Америки после наступления глобальной катастрофы. Панем. Город-государство, условно подразделённый на утопающий в достатке и чванстве центр — Капитолий и 13 регионов — дистриктов, которые обязаны обеспечивать эту сытую жизнь своим непомерным трудом. Около семидесяти пяти лет назад Дистрикт-13 поднял смуту против Капитолия, но его жестоко подавили, а жители этой области были поголовно убиты. В научение другим дистриктам Капитолий ввёл ежегодные Голодные игры, которые происходят...
У меня уже отобрали будущее! Я не отдам им своего прошлого!
Главное – не кто ты есть, а кем тебя видят.
Следующие часы проходят в сплошных мучениях. Сразу стало ясно, что бурные восторги у меня не идут. Пробуем выставить меня дерзкой, но с гонором тоже напряженка. Для свирепой я слишком «субтильная». Я не остроумная. Не забавная. Не сексапильная. Не загадочная. К концу консультации я вообще никакая. (с) Китнисс
“Нельзя назвать предателем того, кому ты и так никогда не доверял.”
Жаль, у тебя не будет возможности заглазировать кого-нибудь до смерти
Я сдаюсь, солнышко. Просто отвечай на вопросы и старайся не отравить зрителей своим ядом.
Нам не остается ничего другого, как шутить. Иначе можно сойти с ума от страха
- И ты ел без меня! Собственно говоря, мне было все равно, просто ищу к чему придраться. - Ел? Нет, ничего я не ел. - В таком случае сыр съело яблоко.
пришла добить меня, солнышко?
-Игры голодные, зато профи сытые. (с) Рута
"Помни: мы безумно влюблены друг в друга. Если вдруг захочешь меня поцеловать, не стесняйся"
Жалким видом никого не удивишь. А вот стойкость часто вызывает восхищение.
Переоценивать противника подчас не менее опасно, чем недооценивать.
"Цезарь задает Питу вопрос, есть ли у него девушка.
Пит колеблется, потом неубедительно качает головой.
— Не может быть, чтобы у такого красивого парня не было возлюбленной! Давай же, скажи, как ее зовут! — не отстает Цезарь.
Пит вздыхает.
— Ну, вообще-то, есть одна девушка... Я люблю ее, сколько себя помню. Только... я уверен, до Жатвы она даже не знала о моем существовании.
Из толпы доносятся возгласы понимания и сочувствия. Безответная любовь — ах, как трогательно!
— У нее есть другой парень? — спрашивает Цинна.
— Не знаю, но многие парни в нее влюблены.
— Значит, все, что тебе нужно, — это победа: победи в Играх и возвращайся домой. Тогда она уж точно тебя не отвергнет, — ободряет Цезарь.
— К сожалению, не получится. Победа... в моем случае не выход.
— Почему нет? — озадаченно спрашивает ведущий.
Пит краснеет как рак и, запинаясь, произносит:
— Потому что... потому что... мы приехали сюда вместе."
Добрый Пит Мелларк гораздо опаснее для меня,чем злой. Добрые люди норовят проникнуть тебе в самое сердце.
Ножки устали. Труден был путь.
Ты у реки приляг отдохнуть.
Солнышко село, звезды горят,
Завтра настанет утро опять.
Тут ласковый ветер.
Тут травы, как пух.
И шелест ракиты ласкает твой слух.
Пусть снятся тебе расчудесные сны,
Пусть вестником счастья станут они.Веки Руты затрепетали и опустились. Она еще дышит. Почти незаметно. Я не в силах больше сдерживать слезы, они ручьем текут у меня по щекам. Но я должна допеть для нее до конца:Глазки устали. Ты их закрой.
Буду хранить я твой покой.
Все беды и боли ночь унесет.
Растает туман, когда солнце взойдет.
Тут ласковый ветер. Тут травы, как пух.
И шелест ракиты ласкает твой слух.Мой голос становится едва слышным:Пусть снятся тебе расчудесные сны,
Пусть вестником счастья станут они.Вокруг мертвая тишина. И тут внезапно, так, что мороз пробежал по коже, моя песня зазвучала снова. Это запели сойки-пересмешницы.
Дистрикт-12. Здесь вы можете подыхать от голода в полной безопасности.
Какая роскошь – быть наедине с собой!
— Значит, с пяти лет ты совсем не обращал внимания на других девочек? — спрашиваю я Пита. — Ничего подобного. Я обращал внимание на всех девочек. Просто для меня ты всегда была самой лучшей.
...нельзя забыть того, кто был твоей последней надеждой.