Цитаты из книги «Светлые и тёмные: 1. Чёрная ведьма в Академии драконов» Надежда Мамаева

6 То ли дело у нас, темных. Все просто и понятно: сначала практикум, например, по упокоению зомби, потом теория. Выжившие после первой очень внимательно слушают вторую. Успеваемость среди адептов черных искусств магии стопроцентная. Потому как ты либо занимаешься на хорошо и отлично, либо попадаешь в аудиторию, но уже в качестве учебного пособия, причем не всегда живого.

Если ты хочешь жить спокойно, твои враги должны быть покойны.

Ви. Ну почему, каждое утро, когда я просыпаюсь рядом с тобой, начинается с мысли "отчего я не здох вчера"?

Девушка, в приступе паники, способна забить противника чайной ложечкой

...адепт ел строго по правилам этикета: нож держал в правой руке, а окружающих в страхе.

Совесть не орган, чтобы болеть.

Спокойно,спокойно...Чёрная ведьма должна вести себя спокойно,даже с соперницей. Спокойно по говорила,спокойно умертвила, спокойно закопала.

За каждым великим темным стоит ведьма,которая время от времени упирает кинжал ему в спину.

Первым, кого я увидела после пробуждения, была Смерть. Та самая, командированная, у которой я увела из-под носа Уилла.

— И тут облом, — в сердцах плюнула она, сунув косу под мышку.

— Добрый вечер, — прохрипела я первое, что пришло на ум, — госпожа Смерть, может, чайку, раз уж заглянули?

Если судьба решила, что ты должна случайно умереть в молодом возрасте, с этим тяжело спорить. Тяжело, но возможно. Особенно если вооружиться юмором, иронией и умением убеждать. И не важно, что договариваться придется с самой Смертью. А вот к чему могут привести такие переговоры, задумываешься, уже оказавшись в другом мире и теле.
Мыслительному процессу помогут пересуды за спиной и милые родственнички, жаждущие упрятать тебя в дом скорби. В такой ситуации остается одно — бежать и прятаться в стенах Академии темных властелинов, ведь у тебя оказался дар некроманта: ты поцелована Смертью. Но так ли безопасно в магистерии? Шпионские игры, заговоры, от которых не укрыться даже за широкими черными крыльями главы внешней разведки… И наемный убийца, который совсем близко. Под какой из масок скрыто его истинное лицо?

Я зло глянула на крылатого, что стоял в наполовину разодранной рубахе посреди комнаты. Да уж. Вот он, классический образец светлого мага, который всем своим видом олицетворяет поговорку : добро должно быть с кулаками. Иначе как показать злу хороший кукиш?

Шелк простыней, мореный дуб паркета – все это могло бы сейчас тянуть на музейную экспозицию «классическая спальня аристократа», если бы находилось в прибранном и чистом состоянии. Но смятая постель с пятнами крови, не самый чистый пол и носки, которые словно метили территорию, валяясь по углам, явно свидетельствовали, что в этом урочище обитает зверь ценной породы: холостякус богатус. На таких открыта всесезонная охота для свах.

Не зря среди темных ходит поговорка: ведьма любит телом многих, а душой – никого, тем и сильна.

— Ты – отродье тьмы, – скривилась Арелия, видимо, думая, что оскорбляет меня. – Только они нападают из-за угла и бьют в спину. «Ну, не из-за угла, а с наиболее выгодной со стратегической точки зрения позиции. И не бьют в спину, а заботливо указывают противнику на его слабые места в защите»...

Какой же дуб этот дракон! Пришлось пояснить:
– Черных ведьм есть опасно. В нас слишком много желчи, а она вызывает язву желудка. Поэтому жрать меня не стоит. А про бревно… Я в постели оно самое, так что для драконьего употребления не гожусь вовсе…
Думала, что после такого ящер выпустит меня обратно. Но этот гад… захохотал. Нет, не так. Заржал.

– Прибью, пигалица! – Благословлю, – выдвинула я свою угрозу. – С гарантией. – Ты мне угрожаешь? – не поверил брюнет. – Продлением рода! Абсолютным! После каждого раза!

– Издеваешься? – Что ты! – возмутилась я. – Издевки – удел светлых. Как истинная темная, я откровенно глумлюсь.

... – давай, ешь уже омлет! – А из чего ты его приготовила? – подозрительно уточнил Гард. Не выдержала: – Из последних моих сил!

– Прибью, пигалица!
– Благословлю, – выдвинула я свою угрозу. – С гарантией.
– Ты мне угрожаешь? – не поверил брюнет.
– Продлением рода! Абсолютным! После каждого раза!
Брюнет, видимо, подсчитал, сколько при таком раскладе у него окажется наследников, и… даже не захохотал, а заржал в голос, подтверждая старую истину: в мужчине главное – чувство юмора. А если он окажется немножко извращенцем, то он будет вообще идеален.

Не зря чернокнижники говорят: нет драконов плохих и хороших, есть неверно выбранная дистанция.

– Я говорю, что ты очарователен, – нагло, исключительно по-ведьмински начала я, глядя в глаза.
Этот красавчик привык купаться в женском внимании. Οттого и меняет своих симпатичных пассий быстрее, чем храмовые служители свечи перед ликами светлых богов. Откровенный комплимент из уст весьма несимпатичной адептки его не обрадовал. Хейм скривился, словно кокетничать с ним решил полуразложившийся зомби.
– К сожалению, не могу сказать о тебе того же, – похоже, Икстли решил поставить наглую адептку на место.
– Ну, тогда сделай как я. Соври, – посоветовала я брюнетистому гаду.

Волосы дыбом, лицо перепачкано, на скуле ссадина. – Я не кикимора, а просто уставшая богиня, – выдала я своему отражению и тут же, как истинная ведьма, уверовала в то, что неотразима. Нужно только мою прелесть умыть, причесать и накормить.

— Да, я понимаю, расставание – это всегда больно, особенно если оно – с вкусным ужином… Но, поверь мне, борщ не стоил тех душевных трепыханий, какие ты тут мне пытаешься изобразить. Он был… так себе, – я скривилась, а потом с видом великого одолжения добавила: – Впрочем, если у тебя есть еще что-то такое же отвратное по вкусу, я, так и быть, соблаговолю это употребить, чтобы избавить тебя от отравления.

Ведь нет ничего более правдивого, чем та иллюзия, в которую ты поверил.

– Ведьмы – народ не унывающий. Для нас любой исход событий в итоге получается оптимистичным. – И что хорошего в том, что бы тебя съели? – заинтересованно вопросил пепельный гад. – Ну, раз съели, то наверняка отравятся. И одним драконом в мире станет меньше. Α это тоже неплохо, – заверила я.