В очередях знали, что надо делать, если Сашу осудят. Знали всю дорогу. И эта дорога - тоже дорога жизни. Люди идут по ней. И это успокаивало больше, чем надежды и обещания.
Опыт тюрьмы дается только тюрьмой.
Жизнь в тюрьме - тоже жизнь. Человек живет, пока дышит и надеется.
Взаимное доверие возникает только там, где есть общие враги. “Скажи мне, кто твои друзья” - это устарело. Скажи мне, кто твои враги, и я скажу, кто ты. Вот так сейчас ставится вопрос.
Человек морален! В этом его отличие от скотины. И не в страдании его жизненная функция.
После угнетателей я больше всего ненавижу угнетенных.
Заказали бутылку водки мальчикам, бутылку портвейна - девочкам, и всем по бестроганову.
Если молодые смеются, значит хорошо! Значит, они с нами! А вы их по зубам?!
Молодость имеет свои права, и первое ее право - смеяться.
Молодость имеет свои права, и первое ее право - смеяться.
Разбираться никто не хотел. Отменить исключение означало взять на себя отвественность. Кому это надо?!
Уэлс предсказывает войны, эпидемии и распад США. А потом власть возьмут ученые и летчики.
Раньше легко было тем, кто имел деньги, теперь тем, у кого власть.
Старый Шарок в бога не верил. Не мог простить ему своего разорения. Еще меньше прощал это советской власти: 1-го мая и 7-го ноября работал, как в будни.
Но еще большее впечатление на Юру адвокат произвел в суде. Этот маленький человечек с помятым лицом и холеной бородкой вертел грозным пролетарским судом, как хотел. Так, во всяком случае, казалось молодому Шароку.