Цитаты из книги «Подруга плохого не посоветует» Маргарита Дюжева

— Тебя не остановило то, что он женат?
— Так ведь это главный плюс. Встретились, приятно провели время и все, свободен. Вали к жене. Удобно, не обременительно, всегда свежо. Никаких обязательств.
— Сука ты!
— Не спорю, — пожимает плечами Лера.
— И вот что ему не хватало? Почему к тебе полез? — озадачиваюсь с досадой. Ревность давно прошла, как и боль. Но вот чисто по-женски все еще обидно было.
— Да, всего ему хватало. Всего! Он же тебя любил по-настоящему. Ваша семейная жизнь — закрытая тема. Лишь изредка что-то комментировал, не подпуская близко. Так что не ищи причины в себе. Ему так удобно! Новые ощущения и любимая жена. Идеальный расклад. Что еще надо-то? Просто он такой. Уверяю, что не я первая, не я последняя. Он всегда гулял, и будет гулять...

...С женой Бурова все не так. Неужели он сам ни о чем не догадывается?
— Слушай, а чем твоя жена занимается, когда ты вечера проводишь со мной? — спрашиваю осторожно, пытаясь не высказать лишнего интереса.
— Ждет меня, кофту вяжет, — лениво жмет плечами.
— Здорово.
Ну-ну, кофту она тебе вяжет. Махровую, с оленями рогатыми.
Чуть со смеху не прыснула, но сдерживаюсь. Губу закусываю, в подушку уткнувшись, пряча улыбку.
А она молодец! Впервые за все время могу сказать, что жена любовника мне интереснее, чем сам любовник...

Раньше ловила каждое слово, каждый взгляд — теперь не слышу его, дрейфую в своем мире острых воспоминаний и горячих ожиданий.
А Стас не понимает. Не замечает ни черта, как и многие другие, гуляющие налево мужчины, уверен, что ничего не изменилось. Что хороший левак только укрепляет брак...

Что если вчера он посмотрел на нас со Стасом и подумал, что на хрен ему не сдалась такая женщина, пытающаяся и рыбку съесть, и сковородку не мыть? Со стороны то все выглядело очень препогано. Вернее нормально, но все равно препогано. Муж, жена. Он ее обнимает, она не сопротивляется. Все у них хорошо, семейная идиллия. Встретил с работы, поехали домой...

Еще раз тяжко вздохнув, нажимаю кнопку своего этажа.
Пора менять свою жизнь. Срочно!
Потому что на двух стульях точно не усидеть. Надо решаться: или в омут с головой или имитация спокойной жизни...

Нет. Не обманываю. Я знаю, что Женя прав. Любовь к мужу умерла. Наверное уже давно, а последние события просто сбили блестящую штукатурку с прогнившего фасада. Стас — не мой человек, хотя и прожили с ним пять лет, Иллюзия счастья рассыпалась.
Теперь я могу сказать прямо. Не скрываясь. Я его не люблю.
Даже дышать легче становится оттого, что призналась самой себе, плечи расправляются, кровь быстрее по венам бежит.
Не люблю!
И не хочу продолжать весь этот фарс под названием «счастливая семейная жизнь», когда один, задрав хвост бегает по бабам, а другая сидит дома, ждет и улыбается, радуясь тому, что гулящий пес вернулся.
Нет. Это не мой случай. Я так не хочу и не буду.
А чего же мне хочется? Нормальных отношений, любви, бешеного стука сердца, заходящегося от восторга при виде другого человека. Ласки. Ощущения надежности.
Я хочу этого. Я готова идти вперед.
Но страшно.

— Что краснеем-то, как девица не целованная?

"Ты воняешь ЕЙ! — хочется заорать ему в лицо, но сдерживаюсь:
— Голова болит, — не вру, после вчерашнего горячительного марафона голова действительно чумная.
— Как в анекдоте? — хмыкает он.
— Ну, что ты, нет конечно, — прямо гляжу в глаза, — действительно плохо себя чувствую. Лучше расскажи, как съездил? Как работа? Как успехи? — Намеренно переключаю разговор на другую тему, в надежде сбить сексуальный настрой благоверного. Как и следовало ожидать, он заминается:
— Ну… был сложный день.
— Бедняга, — с лживым сочувствием глажу его по руке, еле сдерживая желчь, рвущуюся наружу. Измотался несчастный, хрен под корень стесал.
Но сарказм быстро улегся, уступив место смущению.
Я-то не лучше!

— Жень, Так нельзя! — взываю к благоразумию мужчины. — Может, мы с тобой вообще несовместимы? Может, не сможем под одной крышей ужиться! Может, я — хреновая хозяйка и, по совместительству, бытовая стерва, с упоением пилящая мозг! Вдруг, храплю, как лошадь! — начинаю горячиться. — Мы не знаем друг друга совершенно! И бросаться после одной ночи в омут с головой — это глупо!
-Глупо тянуть, если знаешь, что тебе нужно, — в противовес мне, Евгений говорит ровно. — Мне нужна ты! И я уверен, что все у нас получится!
Мне бы его уверенность и спокойствие! А он продолжает рассуждать:
— Не умеешь готовить? Научу. Пилишь мозг? Куда же без этого! Храпишь? Да, — цыкает задумчиво, — храпишь!.. Сегодня в этом убедился.
Ах, ты гад!
— Я не перееду к тебе, — категорично хлопаю ладонью по столу, поднимаясь на ноги.
— Посмотрим...

Если тебя затащило в водоворот, ныряй как можно глубже, до самого дна, чтобы оттолкнуться от твердой земли и выплыть...

— Ну, давай, рассказывай, — подруга откусывает кусок пирожного и с набитым ртом выжидающе смотрит на меня. Как у нее получалось тоннами жрать сладкое и при этом не обрастать лишними жировыми складками? Если бы я столько ела, то давно бы стала похожа на докторскую колбасу, перетянутую веревочками. А ей хоть бы хны...

— Откуда глубокие философские познания? — не сдерживаю иронии.
— Горький жизненный опыт, — отзывается ровно Варька. В душе участливо ёкает, с замиранием сердца жду, а Лисовая спокойно признается, — Я это уже проходила. И сейчас, спустя время, могу сказать: “Надо сохранять собственное достоинство и делать так, как в первую очередь надо тебе самой. Не стесняйся быть неудобной. Не стесняйся требовать к себе достойного отношения. Не будешь уважать себя, никто не будет уважать!” Так что давай, приводи себя в порядок, — вновь становится насмешливой наставницей. — Крась заново физиономию, и вперед, на корпоратив! С высоко поднятой головой! Жизнь продолжается! — растягивает губы в улыбке, демонстрируя как надо блистать, даже если в душе кровища и безудержные слезы. — Не хочешь другого мужика, встреться с подругами. Посидите. Поплачьте вместе. Посмейтесь, наделайте глупостей. Это поможет. Не сразу, но поможет...

— Думаешь легко переключиться? Выкинуть это из головы? — не скрывая горечи, бурчу.
— Нет. Совсем не легко. Наоборот, адски трудно, — Варя досадливо кивает. — Неустанная работа над собой, над своим внутренним миром, над своими мыслями. Мы часто цепляемся за кого-то думая, что ОН — наша жизнь. На самом деле это не так! Жизнь — это каждый день, семья, друзья, работа, горести и радости, родные, хобби, вкусная еда, путешествия, прогулки… Жизнь многогранна и не стоит ее загонять в рамки одного человека...

— Ты идиотка что ли?
Секундная пауза. Можно кричать: НЕТ! Но в свете последних событий и приключений… даже я в себе сомневаюсь.
— Не знаю, — чуть погодя веду плечом. — Раньше считала себя умной, но теперь…
— Правильно сомневаешься! — подливает масла в огонь Варька. — Никакими щами-борщами мужика не удержишь, если уж он решил идти налево! Вот хоть уготовься напрочь! Сожрет, грязную посуду бросит, зад почешет и дальше пойдет, — чеканит безжалостно. — Как бы ты его не любила, как бы не страдала, запомни главное — себя ценить надо! Мужиков вокруг навалом и ни один из них не стоит того чтобы унижаться, ползать за ним, прогибаться под его закидоны. Всегда, во всех ситуациях в первую очередь надо себя думать о себе! Перво-наперво уважай себя!

— Муж конечно! — фыркаю в негодовании. — Можешь себе представить, у него баба есть на стороне!
— Могу, — вновь кивает Варька. Достает из сумочки тушь и начинает подкрашивать ресницы, бросая через зеркало на меня слегка насмешливые взгляды.
— Он… они, — не могу подобрать верных слов, чтобы высказать более точно и ярко все, что на душе накопилось.
— Можешь не продолжать, — знающе отмахивается Варя, — антураж разный, но суть всегда одна. Ты его любила, холила, лелеяла, считала, что все у вас отлично, а в результате получила плевок в спину!

Новая метла всегда по-новому метет...

— Ты просто не видишь всей масштабности задумки. Любовницы ведь разные бывают. Есть те, кто чужого мужика захапать на совсем хотят, а есть такие, которые именно упиваются своей ролью любовницы. Их цель — заполучить самца в хорошем настроении, который будет носить на руках, дарить подарки, натягивать ее по самые помидоры, а потом сваливать со своими проблемами, нестиранными носками, вечным желанием пожрать и поковырять в носу. То есть таким только пенки сладкие подавай, а всю остальную рутину они женам оставляют. И как только на горизонте появляются обязательства, то они быстренько сворачивают удочки и улепетывают, — выдает офигительно завернутую мысль...

...мужики любят героя включать, особенно там, где от них ничего особого и не требуется...

— Понятно, — закатив глаза, ворчит она. — Лика! Он ЭТО сделал, потому что хотел! Вот и все! Тела ему свежего захотелось! Ощущений новых! Адреналина! Да чего угодно!!! Вы ж поженились-то, идиоты, когда тебе девятнадцать было, а ему двадцать один. Не нагулялись ни фига. Вот он и ломанулся догуливать! И не остановится, пока упущенное не наверстает. А ты так и будешь уютной гаванью, в которой можно отдохнуть, набраться сил и отправиться за новыми ощущениями!!!
— Ты злая! — смотрю на нее, обиженно надув губы, — очень злая!
— А ты — дура. Снимай розовые очки! — рявкает подруга. — Тем более их тебе уже разбили. И строй свою жизнь! Ты же сама-то ни с кем кроме него не была! На других не смотрела! А стоило бы. Может где-то совсем рядом, судьба твоя бродит и ждет, когда ты наконец очнешься!

— Ну, точно дура! — обреченно и неверующе. — Молодая, красивая, не обремененная детьми. Жилье есть, работа есть. Все у тебя есть для нормальной жизни! — праведно негодует. — Уж носителя члена с бубенцами найдешь в мгновение ока!
— Да не нужен мне никакой член и бубенцы! Как ты не понимаешь?! Я Стаса люблю. И с ним хочу быть. Состариться вместе, внуков воспитывать.
— Угу. И коньки в один день отбросить, — цинично ухмыляется она.
— Да!!! — мне не до смеха. Я ведь не шучу!
— То есть, ты его так любишь, что готова простить поход налево? — вскидывает недоуменно темные брови подруга. — Может и не единожды? — добавляет значимо, но осторожно.

— Стас мне изменяет, — наконец признаюсь и вновь слезами давлюсь.
— Как изменяет? С кем? — полошится подруга.
— С Валерием Сергеевичем, — мычу, дрожащей ладошкой размазывая по щекам слезы вперемешку с тушью.
— Что? — изумленно протягивает Ната. — Он у тебя заднепроходный что ли??? Жопошник?
— Да нет же! Нет! — мотаю суматошно головой. — Он в телефоне свою бабу сохранил под мужским именем!
— Вот гад! — в сердцах шипит подруга, грозно сверкая карими очами.

Потом душ. Сушка волос. Облачение в новое бельишко. В зеркало себе подмигнула, оставшись довольной внешним видом. Все мои выпуклости и интимности в крошечных лоскутах кружева смотрелись очень эффектно. Скажем так, моему мужу очень повезло с женой: умница, красавица, да и скромница, что уж тут скрывать...

- Присаживайся, - подталкиваю его в сторону дивана, одновременно доставая красную ленточку из сумочки.
- Будешь, меня связывать? - ухмыляется он.
- В этом вся суть.
Ну и связала, двойным морским, и к деревянной ручке дивана прикрутила, чтобы не сбежал.
Все-таки доверчивый народ эти мужики, наивный. Не готовы они к женскому коварству.
Не видят угрозы в маленькой девушке с большими грустными глазами....

- Ты идиотка что ли?
Секундная пауза. Можно кричать: НЕТ! Но в свете последних событий и приключений… даже я в себе сомневаюсь.
- Не знаю, - чуть погодя веду плечом. - Раньше считала себя умной, но теперь…
- Правильно сомневаешься! - подливает масла в огонь Варька.
- Никакими щами-борщами мужика не удержишь, если уж он решил идти налево! Вот хоть уготовься напрочь! Сожрет, грязную посуду бросит, зад почешет и дальше пойдет, - чеканит безжалостно. - Как бы ты его не любила, как бы не страдала, запомни главное - себя ценить надо!

- Муж конечно! - фыркаю в негодовании. - Можешь себе представить, у него баба есть на стороне! .........
- И что ты сделала, когда узнала? - интересуется Лисовая, продолжая наводить красоту.
- Ничего, - бурчу под нос. Про авантюру, в которую меня втянула Натаха, вспоминать не хотелось.
- Как так? - Варвара удивленно вскидывает брови, оторвавшись от наведения марафета, - а высказать все, что о нем думаешь? А скандал? А истерика?
- Нет, - жалостливо шмыгаю. - Ничего такого…
- Скучно живешь, дорогая, - участливо улыбается она.