Предлагаем вашему вниманию роман «Обрыв» – седьмую книгу цикла Ульяны Соболевой «Чёрные вороны». Я больше ему не нужна. Мой муж исчез. Бросил меня, ребёнка и просто уехал, оставив бумаги о разводе, всё имущество и звенящую пустоту в душе вместе с адской болью. Но он напрасно считает, что я отступлюсь, что не стану искать, что не брошусь за ним в самое пекло и не пройду по самому краю обрыва, где он стоит совсем один, балансируя над пропастью… Я сорвусь в бездну вместе с ним.
— Когда все они погаснут…
— Ты меня разлюбишь?
— Нет. Когда все они погаснут — это значит, что небо затянуто тучами. Ты не будешь их видеть день, два, неделю… Но это не говорит о том, что их там нет, верно? Они вечные, малыш. Понимаешь, о чем я?
— Нет… но сказал красиво.
Вот и все. Спектакль окончен. Гаснет свет. Для меня настал полный мрак.
Он отпустил меня, и оказалось, что я очутилась в полной темноте без него.
Разве я не этого хотела?
Почему моя любовь к тебе настолько страшная, что я сама ее боюсь?
Это как болезненное озарение. Я хочу его ласки, я жажду его взгляда, я согласна даже на грубость. Только пусть заметит, что я рядом. Просто посмотрит на меня
— Мокрая, дрожащая от ужаса несчастная жертва. Так ты зачем пришла? Чтоб сказать, что не хочешь ехать в Прагу? Или чтоб я тебя избил и изнасиловал?
Максим отшвырнул мою руку и посмотрел на меня исподлобья. Какой тяжелый, невыносимый взгляд, как гранитный камень, плита могильная
Любовь не начинается со взгляда в вырез платья, с желания раздвинуть ноги… она начинается вот так обыденно и совершенно предсказуемо. С улыбки, с каких-то фраз, с морщинок на носу, с нескольких веснушек, с запаха волос.
Можно все, а что нельзя, то не просто можно, а ещё и нужно.
Любовь не знает ни добродетели, ни заслуги. Она любит, и прощает, и терпит все потому, что иначе не может.
(с) Леопольд фон Захер-Мазох Венера в мехах
Как можешь ты кого-то любить, не любя его таким, каков он есть на самом деле? Как можешь ты любить меня и в то же время просить меня полностью измениться, стать кем-то другим?
(с) Ромен Гари
Детские страхи – они ведь самые сильные, они живут в нас до самой смерти, и для них мы никогда не становимся взрослыми. Наоборот, это они растут и всегда бывают больше нас самих.
Только если окончательно расстанешься с человеком, начинаешь по-настоящему интересоваться всем, что его касается. Таков один из парадоксов любви.
(с) Ремарк