Я могла ему отказать. Но не стала этого делать. Потому что устала: от бесконечных финансовых кризисов, прикончивших мой маленький бизнес, от мужа-лентяя, от постоянных «надо» дочери, поисков денег на операцию свекру… Гонка на выживание, в которую превратилась моя жизнь! Мне нужен был один маленький глоток воздуха… Но очень быстро я поняла, что у нас одно дыхание на двоих. Не знаю, как нам теперь быть… Что делать? Ведь все вокруг твердят, что на чужом несчастье счастья не построить…
...Кажется, такого Марина не ожидала. Хотела возразить – я видел. Но в последний момент проглотила готовые сорваться с губ слова. И будто как-то сразу расслабилась.
- Только видок у меня, конечно…
Видок – валить и трахать. И похрен, что нос потек и глаза припухли. Вот как это работает? Видишь женщину в первый раз, а она тебя торкает! Пробирает. Со мной такого тысячу лет не происходило. Я уже и не думал, что когда-нибудь снова произойдет. Похоть? Нет. Тут что-то большее. Инстинкт. Интересно…
С вами? – как придурок, переспросил я.
- Ну, да… Если это удобно. Я хотя бы пивом вас угощу. В благодарность.
- Нет.
Прозвучало резко. Марина вздрогнула. Как будто смутилась.
- Ну, тогда еще раз спасибо вам… за все.
- Вы не поняли. Выпить можно. Только я плачу. Кто из нас мужик, а?
...Тут даже я не нашла, что возразить. Промолчала. Съела. Алкоголь подогрел злость. По хорошему счету, Дина была права. Конечно, права… Да. Очень долгое время меня вполне устраивала моя жизнь с мужем, но с тех пор утекло столько воды! Я выросла – ведь это неизбежно. А он так и остался в статусе непризнанного гения, который в двадцать носить было даже как-то почетно, а в сорок… В сорок это выглядело по меньшей мере смешно...
- Да ладно. Он… неплохой, Дин. Люди вообще не бывают плохими. Может, немного… я не знаю, не приспособленный к жизни? Непрактичный?
- Скорее недоделанный!
- Это просто полоса такая. Черная. А там, где убыло, значит, обязательно вскоре прибудет. И все у тебя будет хо-ро-шо!
...Это, наверное, самое страшное, когда не хочется идти домой...
Ливневка как всегда не справлялась. Из-за непогоды город встал в пробках. И до гимназии, в которой учился Димка, я добирался практически час. Тот уже заждался, но виду не подал. Он вообще был удивительным. Мой Димка…
Димку в конторе знали с пеленок. Знали… и любили. Он помчался со всеми здороваться. Непременно за руку, по-мужски. А я проводил его взглядом и пошел к себе. Марина стояла у шкафа и раскладывала какие-то бумаги. Ситуация с Димкой была, конечно, неприятной, но она здорово помогла мне отвлечься. Проветрить голову. Но когда она повернулась на звук открываемой двери, все вернулось с новыми силами.
Диван в приемной был удобный и мягкий. С такого подняться, особенно когда сидишь так глубоко, как я, не так-то просто, а уж когда ноги подкашиваются, да в голове кружится – и подавно. Вот у меня и получилось далеко не с первого раза встать. А телефон все звонил и звонил.
Дашка сделала вид, что ее стошнило, и под мой тихий смех прошествовала к себе в комнату. А я поплелась в ванную. Горячий душ окончател...
Димка пообещал меня дождаться. Я сбросил вызов. Выругался, поминая незлым тихим словом дочь. Поднял голову и поймал ничего не выражающий взгляд Марины. Что-то в нем изменилось, но я тогда о другом беспокоился, и это прошло мимо моего внимания.
- Сдурел?! – возмутился я. А Димка сразу весь расслабился. Обмяк. Завозился на своем кресле. Засопел обиженно. – То, что ты останешься у меня, даже не обсуждается. Я о другом вообще…
Марина бледно улыбнулась. Поправила лежащие на столе бумаги, а потом, будто овладев собой, уже действительно весело поинтересовалась:
Я наклонилась, чтобы убрать в обувницу туфли, и с облегчением зажмурилась. Хорошо… Хорошо, что его нет. Я не хотела его видеть сейчас. Не могла. Мне нужно было немного времени, чтобы… Не знаю. Наверное, чтобы вернуться в свою реальность.
Димка пожал плечами и угрюмо отвернулся к окну. Я вздохнул. Понимал, что самым правильным было забрать его. К себе. И все. Без вариантов. Но я слабо представлял, как один буду справляться с парнем. Я ведь на работе торчу круглыми сутками. Вот если бы мы, как раньше, с Алькой… А ведь она предлагала, как раньше, - услужливо подсказала память.
Я кивнул. Марина захлопнула папку и отступила в сторону. Из-за неплотно прикрытой двери донесся звонкий детский смех. Марина вздрогнула. В тот же миг дверь распахнулась настежь, и в приемную влетел Димка.
Дашка сделала вид, что ее стошнило, и под мой тихий смех прошествовала к себе в комнату. А я поплелась в ванную. Горячий душ окончател...
Я наклонилась, чтобы убрать в обувницу туфли, и с облегчением зажмурилась. Хорошо… Хорошо, что его нет. Я не хотела его видеть сейчас. Не могла. Мне нужно было немного времени, чтобы… Не знаю. Наверное, чтобы вернуться в свою реальность.
С английским? Да! Забыла… Я вообще обо всем на свете забыла, наверное. Провела дрожащими пальцами по щеке, отошла еще дальше, опасаясь разбудить-таки Димку. Впрочем, если того даже телефонный вызов не разбудил, мне вряд ли стоило волноваться.
Английский мы с Дашкой все же сделали. Но если обычно я только наталкивала дочь на мысль, раз за разом разжевывая ей правила, то в этот раз – едва ли не сама выполнила все задания. Только чтобы побыстрей с этим всем покончить.
Дашка откинула одеяло и забралась в кровать. На столе так и остались лежать книги и тетрадки, ручки и карандаши. Сколько ни учила ее собирать портфель с вечера – все напрасно. Нравится ей, что ли, бегать утром, как ужаленная, ничего не успевая? Я выключила в комнате свет и пошла к себе. Свекровь сидела в кресле и смотрела телевизор.
- В понедельник его положат в больницу. Я договорилась. Так что за выходные нужно будет вещи собрать. Вы прикиньте пока, все ли у него есть. Или что-то нужно купить.
Ты же не меняешь ноги если туфли жмут, так и в отношениях...... мудро однако)))
- как она, может проведать? Не надо, тяжёлая она, пусть немного ВЫЧУХАЕТСЯ...
Ты уже думала, в чём пойдёшь на первое сентября? - В слезах.
Хорошая книга и прекрасный чтец, который возвращает мне веру в женщин-чтецов. Спасибо, Лена! Спасибо Юля!