Император убит. И пока претенденты на трон сражаются меж собой, Ви не упустит шанса – тёмным пора возродиться!
Противостояние дочери Мрака со служителем Света так отчетливо отдаёт затаённой страстью, что не дает покоя.
Однако выбор обоих не связан с личным счастьем, они обязаны забыть о желаниях и исполнить свой долг.
Враг остается врагом, даже если бесконечно любим.
Никто не враг, никто не друг – живи себе в полном единстве со вселенной и старайся никому не мешать, в этом и есть путь. Всякий раз, когда ты занимаешь чью-то сторону, от этого страдает другая сторона. Чтобы спасти весь отряд, надо было убить рой бабочек – точно таких же созданий богов. Кто должен решать, кому жить? Уж точно не я!
- Какой еще лик?! – закричал Миран, выплескивая последнюю злость. – Они хотели убить нас до того, как его увидели! Сегодня я понял нечто важное – с ними и нельзя договариваться! Это тебе не демоны, похожие на дикое зверье, – любое животное просто хочет жить. А они… – он от возмущения не мог подобрать правильные слова, – они больше жизни ценят свое представление о мире! И не уймутся, пока всех одним гребнем не причешут!
Размажет по земле, поцелует, убьет или проведет с ней всю жизнь хоть во Мраке – это он тогда бы и смог решить.
Но Виалар не мог так рисковать и резонно возразил: – Знаешь, что они скажут? «Красная сука еще жива?
– Виалар, их правитель, оказался моим начертанным. Да, сама слышу, как погано это должно прозвучать в твоих ушах.
– Арай, – зашептала она дрожащим голосом, раздражая его кожу губами. – А ведь я действительно его люблю. Виалара.
Ви стала похожа на озверевшее животное, она почти рычала от бессилия и рвалась снова к его губам.
- Ручная псина на поверку не мягче их бога демонов, а то и фору даст.
Арай за последнюю ночь сильно пошатнул свою незыблемость и теперь ощущал явственные всплески раздражения...
Клятые боги, если вы не окончательно оглохли, то исполните мое желание. Арай идет в свой клан, так пусть там он впервые в жизни почувствует себя дома, пусть встретит там своих родных, пусть найдет понимание и уважение. Пусть там его научат обнимать близких и смеяться в полный голос. Пусть останется среди них – и никогда не возвращается.
Если будет так себя вести, то пойду замуж голой – пусть знает!
– В первый раз я выходила замуж в белом. Второй – в красном, хотя по традиции правильнее было нарядиться в желтый. Интересно, в чем же пойду в третий раз? И только заикнись про черный! – Не посмею… Прибьешь же на месте.