Рейн Менхарт. Это имя герой придумал себе сам. Потому что настоящего не помнит. Не помнит он и к какому клану принадлежит, а в этом мире нужно обязательно принадлежать к какому-то клану. Он очнулся на поле боя с начисто стёртой памятью о прошлом. При этом он понимает древние языки и обладает магией, которая отлично помогает ему в противостоянии с демоническими тварями, коих предостаточно в этом мире. В попытках вспомнить, кто он такой, герой начинает предполагать, что входит в один очень...
Они хотели знать даже такую мелочь, как узоры на воротах деревенских домов. — Волнистые линии, — сказал я неуверенно. — А центре заштрихованный круг. Вроде так. Хеймес придвинул к себе лист бумаги и быстро набросал несколько вариантов. — Что-то из этого похоже?
А затем начались расспросы, куда больше походящие на допрос. Хеймес и Амана едва давали мне самостоятельно сказать несколько фраз, и тут же засыпали вопросами, вытаскивая такие детали, о которых я сам даже не подозревал. Как выглядела форма воинов в той деревне? Что дословно говорил офицер в казарме, когда рассказывал о поражении Темного Юга? Сколько казарм «живчиков» было, сколько человек находилось в каждой?..Аль-Ифрит хотели знать все.
Лист с моими исправлениями пошел по рукам.— Шибины, — первой сказала Амана. Кастиан и Хеймес молча кивнули.— И что это значит?— Так называют чистокровных людей, добровольно перешедших под власть демонов, — пояснила Амана. — Деревня, в которой ты находился, принадлежала шибинам. Это их знак. Демоны не тревожат тех, кто наносит его на свои жилища.
— По периметру замковых стен расположен магический полог, пропускающий только насекомых-медоносов. Ни сверчки, ни мухи, ни комары попасть сюда не могут.Я остановился и уставился на Кастиана.— Тогда что я слышал?Тот пожал плечами.— Слуховую галлюцинацию, — и торопливо добавил: — Ты только не волнуйся! После сегодняшнего ты мог не только сверчков, но и хор небесных лисиц услышать.
— Кто? — Ветси… Водные демоны… Ты как будто из… из Верхнего Мира… свалился… Про агхара не знаешь… Про ветси не знаешь… — Это потому, что я в детстве учителей не слушал, — объяснил я, решив попозже выяснить, что такое этот Верхний Мир. — Мелкий был, глупый. В одно ухо влетало, в другое вылетало.
— Как можно забыть про ветси? Это же… Они же…— Да? — заинтересовано уточнил я.— Они же после спаривания откладывают свои яйца в людей! — Кастиан, наконец, отдышался и перестал переводить дыхание после каждой пары слов. — И души выпивают! Потом такая вот человеческая оболочка бродит по миру, пока не придет в какое-нибудь селение. А там из нее вылупляются новые демоны! Им тоже оболочки нужны.
— Что такое? — я нахмурился.— Агхар, — медленно проговорил Кастиан, — это тварь, пораженная демонической энергией. Ты ведь не собираешься есть оскверненное мясо?— То есть несъедобно?Кастиан в отчаянии вскинул к небу руки.— Понятия не имею! О таких дураках, которые рискнули и попробовали, я не слышал.— А если съесть мясо, пораженное демонической энергией, что будет? — спросил я, и тут же добавил: — Я так, просто из интереса хочу узнать.— Сам в тварь превратишься...
Вот только поможет ли простое оружие, даже покрытое ядом, против этих — кем они там были? Демонами? Людьми, тронутыми демонической порчей? Магами? Монстрами-перевертышами наподобие Черной Шептуньи? Еще кем-то, о ком я прежде не слышал?
А девочка радостно подпрыгнула и воскликнула: — Вот же! Человеки, которые понимают и говорят! Из них получатся самые отличные новые игрушки! — Ну уж нет, — отказался я.
— Я знаю, что человек может выйти из Гаргунгольма только с разрешения его хозяев, гаргун. Они полудемоны, могут принять любой облик и их почти невозможно убить. В мое время Гаргунгольм находился далеко на юге. Достаточно было не приближаться к его границам, а при морских путешествиях избегать принадлежащих ему вод. Ни сами гаргуны, ни служащие им монстры пределов страны не покидали.