За одну мааааленькую такую и совсем безобидную шалость меня выставили из Темнейшей академии. Нет, не просто выставили, а отправили доучиваться к светлым магам!И я честное слово хотела начать все с чистого листа, быть тихоней и паинькой, но они же сами меня вынуждают!Особенно этот.Этот самовлюбленный, наглый, отчаянно смелый боевой маг. Нет, серьёзно, ну кто ещё в здравом уме и трезвой мысли будет ругаться с ведьмой?
демонолог и целительница выглядят вместе не так странно, как ведьма и инквизитор, правда?
Проснулась поздно вечером оттого, что Фредерика крадется по комнате с грацией медведя в посудной лавке.
– Етить!!! – чертыхнулась соседка, споткнувшись о собственную кровать.
– Немного везения, целеустремленности, ежедневные тренировки – и ты будешь самой прекрасной боевой ведьмой на континенте.
– Ты же в курсе, что комплимент перспектив не скрашивает, да?
– Дорогой, хочешь, я их всех отравлю? Каждая уважающая себя ведьма носит при себе летучие яды, ты же знаешь.
Обалдели все, особенно дорогой.
Темные вообще, как правило, индивидуалисты, кучкуются редко, небольшими и очень агрессивными к окружающему миру группами.
Интересно, если я покаюсь Алексу, что немножечко так ошиблась с разумной храбростью для нашей маленькой подруги, он поймет или прикопает меня сегодня где-нибудь под муравейником?
– Я… безнадежна! – всхлипнула Фредерика.
– Ну что ты, все безнадежные на кладбище, – как могла ободрила я девчонку.
Эффект, естественно, был обратный.
И кто бы мог подумать, что злющая медитирующая ведьма, это в сто раз хуже просто злющей ведьмы? А злющая медитирующая для увеличения магического резерва ведьма – это просто катастрофа для окружающих?
– Напомните, что вы здесь делаете? – с плохо скрываемым раздражением спросил Крейг.
– Украшаем своим присутствием ваше занудное мужское общество
– Галерка что-то хочет сказать? – проскрипел лектор.
– А смысл? – ответила я, не поднимая головы и не открывая глаз.
– Ну, например, убедить меня, что вы слушали хотя бы часть моей лекции.
Я опустила взгляд и почувствовала, как жар адреналина тает, оставляя меня… в идеально проветриваемом неглиже.
в сопроводительных бумагах помимо описания моих прекрасных оценок и, вне всякого сомнения, выдающихся профессиональных качеств, была маленькая такая приписка: «А теперь это твой головняк!»
Когда-то он определенно обладал прекрасной физической формой. Но это было давно. Очень давно.
Я внимательно рассматривала дело рук своих и гордилась проделанной работой. Ну еще бы, не каждый сможет сварить такую ядреную, несмываемую краску, подлить ее в шампунь лучшему студенту боевого курса и наслаждаться проделанной работой, не боясь за целостность собственного скелета.
Вот сидишь ты на лавочке в тени векового белого дуба, слушаешь пение птичек, шелест листвы, наслаждаешься теплым осенним деньком, как вдруг где-то далеко разносится вопль...
– Эльза, я тебя придушу!!!
И сразу как-то так приятно на душе становится, светло и радостно.
– Если выберемся – ты станешь моим личным талисманом. – Это оплачиваемая должность? – хмыкнула я. – Ага. Высокооплачиваемая. – Тогда ладно, – легко согласилась я, улыбнувшись.
– Все-таки когда-нибудь ты от меня получишь. – По носу? – возмущенно ахнула я. – По жжж… филею. – Ну, если по филею, тогда ладно, – согласилась милостиво. – Главное, чтобы мой прекрасный плебейский профиль не был испорчен.
– Не боишься, что я заберу часть твоей души? – Нисколько, – улыбнулся Алекс. Тепло так улыбнулся, как родной. Вот ведь сволочь обаятельная, и когда я успела согласиться?
– Шаттер, харош изображать труп! – Крейг за шиворот вздернул меня на ноги. – Заболеешь! – И прекрасно, – буркнула я, – тогда ты отстанешь от меня хотя бы на неделю. – Сомнительно, – невозмутимо ответил парень, отряхивая меня, – ты же ведьма, сваришь себе что-нибудь и будешь все так же бодра, весела и невыносима.
Мне показалось, или только что светлый маг взялся решать проблемы темной ведьмы? Ущипните меня!
- Ты чего? - обалдела я, рассматривая, как и без того маленькая девчушка съеживается до размеров табакерки. - Я... безнадежна! - всхлипнула Фредерика. - Ну что ты, все безнадежные на кладбище, - как могла ободрила я девчонку.
Никаких заверений в вечной любви, никаких пафосных клятв, никаких колец и коленок. Я выбираю тебя. Вот так просто.
– И должен предупредить: если еще хоть кто-нибудь словом или делом обидит мою ведьму, вкатаю в брусчатку.
Построение потрясенно молчало. Я молчала тоже потрясенно, но немного не так, как построение. Сильнее и нецензурнее. И только жизнерадостная Фредерика могла нарушить эту прекрасную утреннюю тишину:
– Конец твоей личной жизни.
Вообще, от матери мне достался мудрый совет: «В трудные дни, Элюш, для женщины важно найти сильного мужчину, который поможет ей выжить. Выжить, Элюш, для нас важнее всего».
– Нечего пасть разевать на светлых магов! – крикнула я, войдя в раж. – Этого я притащила, себе другого ищи!