Филип Мёрдстоун испытывает финансовые трудности. С тех пор, как его книга о подростках с тонкой душевной организацией получила множество наград и сделала синдром Аспергера популярным, прошло много времени. Его последняя работа была продана в количестве всего 313 экземпляров. Агент Минерва Кинч предлагает решение: написать трилогию, полную элементов фэнтези — с Тёмным Лордом, магическими мечами и важным Амулетом. Однако Филип не переносит фэнтези. После вечеринки с пивом «Тёмная энтропия» в...
Согласно святой традиции подобных мероприятий, неимоверное количество времени ушло на выступления почетных гостей, единственная функция которых состояла в том, чтобы представить следующего оратора, который представит следующего. В конце концов словесный факел все же был передан персоне, которая и вправду выступала по существу.
Несмотря на ошеломление, приходилось признать: новый голос звучит до крайности притягательно. Величественно и властно, но без тени помпезности. Литературно, но в то же время задушевно и дружески. Мягко, но с темными полутонами. Вычурно и сложнозакрученно, но непринужденно, точно излечившийся от запора Генри Джеймс.
Собственно говоря, если бы все трилогии фэнтези состояли всего из двух книг, мир от этого хуже бы не стал.
Вот уже изрядное время - начав задолго до заката - Филип Мёрдстоун твердит и твердит одну и ту же горькую фразу, словно мантру, несущую утешение. Она такова: "Я в жопе". Она его не утешает.
Филипу показалось, что выглядит грем как-то не очень. Искорки в древних глазах потускнели, лицо словно припорошило цементной крошкой. С другой стороны, он добавил к своему костюму новую яркую делать: щегольский красно-белый шейный платок. Этот богемный штрих внушал надежды: сильное подозрение, что Покет распознал в себе литературное призвание и решил одеваться соответственно.
Ленивая жопа не насобирает репы.
Безденежье не всегда ужасало его; в конце концов, на то и почтенная традиция литераторов - жить в нищете. Особенно русских литераторов. Умирать в нищете, однако, уже не так привлекательно. Умирать от нищеты - не привлекательно вовсе.
Прошли те дни, когда можно было просто-напросто написать чертовски хорошую книжку и подождать пока за ней выстроятся очереди. Читателей, дорогой мой, надо френдить. Они хотят быть подписчиками. Хотят быть френдами.
Я ненавижу Толкина. Не шучу. Гнусная претенциозная эскапистская чушь.
Возможно ли, гадал Филип, сделаться законченным шизофреником за пять минут, даже меньше, во время невинного послеполуденного сна в майский день? Если да, то как-то совсем нечестно получается. Уж верно, должны быть какие-то предупреждения, постепенное нарастание: загадочный голос из шкафчика в ванной, мимолетное появление архангела в «Теско», в таком вот роде.