В романе "Юдифь" хорватского автора Миро Гаврана основное внимание уделяется не столько знаменитому подвигу библейской героини, освободившей Иерусалим от вавилонского захватчика Олоферна, сколько необычной истории любви, которая произошла в жизни женщины за ее долгую, полную веры жизнь. Эта взаимная страсть длилась всего несколько часов, после чего благочестивая Юдифь подняла меч над телом своего спящего возлюбленного. Роман рассказывает об этих событиях и многом другом.
Люди, завидуя другим, сами того не зная, часто завидуют чужому горю.
U danima što uslijediše, Asirci postadoše predmetom svakog razgovora, kako u žena, tako i u muškaraca, kao da cijeli svemir nesta, pa ostasmo samo mi i oni, ko dva suprotstavljena elementa što poništiše sve drugo.
— Но разве солдат может себе позволить размышлять о целесообразности своего ремесла? Решение о начале войны принимает царь. Мы же, полководцы, можем лишь повлиять на ее исход. Моя миссия проста: как можно меньшей кровью добиться поставленной цели, как можно больше завоевать и способствовать тому, чтобы высшая цивилизация воссияла в полном блеске.
— Но твой царь провозгласил себя богом. Разве это не безумие?
— Почему великие народы так стремятся к покорению малых народов? Почему эта история бесконечно повторяется под небесами?
Между тем, царь не принимал участия ни в одной битве. Его называют трусом. Главный его порок — тщеславие. Ему нравится разыгрывать роль бога, а ведь это вызывает гнев настоящих богов. И последний день его жизни принесет ему неминуемый позор. Он умрет, и все узнают, что он — не бог, а всего лишь обычный смертный.
Я вдруг осознала, что Олоферн, как и я, загнан в западню, из которой нет выхода. Он — мой враг, но он тоже вынужден исполнять чужую волю, играть роль, предназначенную ему другими людьми. И вот теперь нам с ним предстояло сыграть эпилог, завершение пройденного пути, предначертанного судьбой.
Только в зрелом возрасте я поняла, что Господь избавляет нас от малых бед с тем, чтобы за годы спокойной жизни приготовить к великим испытаниям, ибо каждый из нас, узревших свет солнца, должен до конца своих дней испить положенную ему чашу страданий, будь он царь или нищий, избранный или отверженный.
Тогда я поняла, что люди, завидуя другим, сами того не зная, часто завидуют чужому горю.
Поняла я и то, что завидовать бессмысленно, потому что у каждой вещи, кроме привлекательной стороны, всегда есть изнанка, недоступная поверхностному взгляду и часто неприглядная, порождающая беду.