Четвертый роман серии «Школьное стекло» – яркие истории о первой любви. Истории Юли Артеевой ценят за искренность, теплоту и юмор, но особенно – за умение пробуждать в памяти давно забытые воспоминания и чувства. Внутри – задания и тайные послания для расшифровки. От автора книг «Физика любви», «Бей первая», «Правило 24 секунд». ЖЕНЯ ГОЛЬЦМАН выполняет на отлично все, за что берется. Учится, слушает маму и следит за своим весом. Так же усердно она ненавидит своего одногруппника в...
Боже, получается, каждый раз, когда нас пытались свести люди вокруг, а я с пеной у рта доказывала, что у нас не такие отношения, все было враньём?
Неожиданные звонки иногда страшнее любого ужастика.
Я бы хотел дать ей больше! Серьезно, хотел бы. Но я. едва. могу совладать со своими эмоциями, мыслями и действиями, чтобы в моменте не выглядеть, как биполярный псих.
Набегался, зверёк? Добро пожаловать в капкан. Отвечай честно или будь добр умереть с честью.
То ли я давно не видела родителей вместе, то ли за последнее время между ними что-то изменилось. Вся сжимаюсь, потому что чувствую, как привычный мир трещит по швам. Люди, которые должны гарантировать безопасность, на деле транслируют одну сплошную угрозу.
Думаю о том, что скоро все обязательно наладится... Так и засыпаю – с надеждой на светлое спокойное будущее.
- Вы меня утомляете, - сурово замечает Де, - сядьте и пейте идиотский чай, я туда травок успокоительных положил. - Надеюсь, легальных? - Нет, всю ночь закладки по району искал!
Выхожу. Должен признаться, очень медленно. А в дверях бросаю взгляд через плечо. Не понимаю, почему она не дождалась, когда я покину комнату, но я вижу ее голую спину. Точнее, даже меньше. Женя через голову стягивает домашнюю кофту, и я успеваю засечь только ее поясницу. Она очень худенькая, но над поясом штанов виднеются две очаровательные ямочки.В коридор я почти выпадаю. Плетусь в кухню и на ходу достаю из джинсов электронку. Очаровательные? О-ча-ро-ва-тель-ны-е? С другой стороны, это же не обязательно именно про Гольцман. Мне всегда нравились такие ямочки. У любой девчонки.
Сбиваюсь и беру стаканчик у него из рук, неосознанно сводя брови на переносице. Я только что назвала Шмелева очаровательным. Хочется оторвать свою голову и выкинуть в сугроб. Или хотя бы вытряхнуть туда свои идиотские мысли. С ума сойти. Очаровательный? Типа, он меня очаровал? Нет, ерунда какая-то.
Но самый главный нервный импульс возникает в тот момент, когда наши руки сталкиваются над ведром попкорна. Моя ладонь ощущается слишком холодной, его – слишком горячей. Меня прошивает таким током, что даже зрение плывет.Я пугаюсь. Честно? Я просто в ужасе. Резко отдергиваю руку и затравленно смотрю на Яра. Он медленно поворачивает голову и в темноте кинозала встречается со мной взглядом.Что-то происходит. Я не могу дать этому названия, но между нами точно что-то искрит. Есть ли хоть малейший шанс, что это ненависть? Надеюсь, что да. Иначе это может быть предвестником больших проблем.