НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ. Отныне Дидрик может заниматься на уроках полной ерундой, даже вовсе не ходить в школу. Отныне с ним ведет беседы психотерапевт. Мило, но лучше бы злополучной ночи, после которой все это началось, никогда не было. Дидрик не желает ни о чем вспоминать, он хочет думать о черепахах. Но вспомнить придется....
-Хочешь дернуть? - спросил он. Я покачал головой. - Это, Дидрик, дно. Так и знай. Хуже, чем сейчас, не будет. Всему есть предел. А когда ты уже побывал на дне, совсем по-другому смотришь на все хорошее. Ты вроде делаешься знатоком жизни. Знаешь такое, чего другие не знают. Поэтому плевать тебе на всех вот этих. Большинство из них вечером уже смеяться будут. Это ж не у них отец умер. А ты потонул и сейчас лежишь на самом дне. -Э-хм... Это что, пословица такая? - Нет, просто это все отстой. Все на свете отстой. Никого не слушай.
Вдумавшись, я понял, что он был единственным, кто в эти дни сказал мне правду. Всë - отстой. Нет сомнений. Всë - супер отстой
Вернувшись, папа сказал: «Похороны — самая грустная вещь на свете», а глаза у него как-то странно заблестели. Не знаю, грустно ли бывает на похоронах, когда хоронят того, кого ты не знаешь, но сейчас было так плохо, что даже желудок сжался.
Хуже, чем сейчас, не будет. Всему есть предел. А когда побывал на дне, совсем по-другому смотришь на все хорошее. Ты вроде как делаешься знатоком жизни.
– А вдруг мы превратимся в забулдыг, которые все время сидят в баре, пока жизнь проходит мимо? – спросил Юаким. – Зато сидеть мы там будем вместе.
Жизнь была бы куда проще, если бы, решив однажды, передумать было уже нельзя. По-моему, выбор только все усложняет.
Но вообще все довольно просто. Когда хотят завести детей, то не идут в магазин. Кто родился – на того и придется согласиться, если уж решили стать родителями.
Несчастья всегда будут происходить, и большинство из них останутся совершенно бессмысленными. Иначе они не были бы несчастьями.
«Ужасно» - кроме этого слова в голове у меня царила пустота. «Ужасно». Оно похоже на хлопушку, замкнутую мне в мозг и готовую вот-вот взорваться.
Друзья – они как наркотики. Если уж раз подсел на них, ни за что не слезешь. А если у тебя завелся один настоящий друг, и никого из вас не убьют, и ни один не умрет от какой-нибудь страшной болезни, то бывает, дружба сохраняется на всю жизнь.