Эта книга Бернда Бруннера приглашает ощутить сдержанное очарование зимы, соединяя в одном повествовании науку о снежинках, старинные обряды и авторские впечатления. Перед читателем разворачивается неторопливый маршрут по заснеженным просторам — от природных явлений до культурных смыслов и личных воспоминаний, где холодное время года раскрывается как многослойное и неожиданно близкое. Бруннер рассматривает зиму одновременно как природную стихию, часть человеческой культуры и особое...
Снег освобождает чувства, поскольку окутывает землю покровом однородности: белое одеяло, иногда со следами от ветра, накрывает собою все вокруг. Сцена за окном выглядит сглаженной, прибранной. Время замирает, и ничто не движется. Покрытое снегом упавшее дерево превращается в драматическую скульптуру. Теплое солнце выманивает вас из тени в чистую зимнюю свежесть. За исключением скрипа под подошвами, царит тишина, как будто кто-то отфильтровывает звуки цивилизации.
Зима была прекрасна, хоть и была тяжела — или, возможно, даже именно поэтому. Может быть, это время, когда люди находили настоящих друзей? Как гласит еще одна старая поговорка, летние друзья исчезают, как весенний снег, а зимние друзья остаются навсегда.
Там, где зиму невозможно игнорировать, один из способов ужиться с ней — пригласить ее внутрь.
В 2013 году жители южнонорвежского города Рьюкан разместили над ним три больших зеркала, чтобы перенаправить солнечный свет в долину и на лица горожан. Люди впервые провернули подобное, и, как и следовало ожидать, из этого сделали историческое событие. Идея использовать зеркала возникла более ста лет назад, но до Рьюкана ни один город не попытался воплотить ее в жизнь.
Американский романтик Джеймс Рассел Лоуэлл пошел еще дальше, попытавшись радикально переосмыслить восприятие сезона в эссе «В защиту зимы» (A Good Word For Winter): «Предположим, мы допускаем, что зима – это сон года. Что теперь? Я беру на себя смелость сказать, что ее сон прекраснее, чем наилучшая реальность конкурентов». Весна, по словам Лоуэлла, всего лишь «капризная любовница, которая либо не знает собственного мнения, либо так долго решает, будете вы ею обладать или нет, что в конце концов устаешь от ее бесконечных обид и примирений». Лето утратило «восхитительный аромат невинности», а осень «открывает великолепие, которое, как скажет поэт, соткано из настоящего заката, но, когда все кончено, оказывается, что она есть не более чем пригоршня беспокойных листьев».
Биолог Лоуренс Ирвинг наблюдал на Аляске за студентами, которые присоединились к религиозному культу, требовавшему от них ходить зимой босиком и одеваться не по погоде легко. Студенты знали об этих строгих правилах, согласились с ними с самого начала и действительно оказались способны переносить низкие температуры. Другие люди сосредотачивались на математических задачах, чтобы отвлечься от холода. Ученые, изучающие тибетских буддистов, которые живут в неотапливаемых каменных хижинах в предгорьях Гималаев, обнаружили, что всего тридцать минут медитации повышают температуру кожи на руках и ногах на 8%.
Было задокументировано еще одно интригующее явление – и вы можете наблюдать его, когда говорите или выдыхаете при экстремально низких температурах. Оно известно как ледяной шепот: дыхание замерзает и издает шуршащий звук, который заглушает произносимые слова, будто призрак, а если на рот посветить фонариком, то можно увидеть, как дыхание «завихряется». Некоторые люди утверждают, что слышат за словами слабый звон кристаллов. В 2012 году художник Юрген Штаак отправился в Оймякон, Сибирь, одно из самых холодных населенных мест на Земле, и выдержал ошеломляющие –57 °C, чтобы услышать эти необычные звуки. Местные жители называют это явление «шепотом звезд».
Неудивительно, что Генри Дэвид Торо осознавал спасительную ценность суровой зимы: «Совершайте длительные прогулки в штормовую погоду или по глубоким снегам в полях и лесах, если хотите сохранить бодрость духа. Смиритесь с жестокой природой. Будьте холодным, голодным и утомленным».
Прямое физическое взаимодействие со снегом, тактильное ощущение леденящего холода вкупе с неповторимым сочетанием хруста и мягкости – это первооснова чувственного восприятия.
Сегодня большая часть настоящего гагачьего пуха экспортируется из Исландии, где налажены уникальные отношения между этими дикими птицами и людьми, на чьих островах они гнездятся. Люди защищают птиц от песцов, а взамен получают возможность собирать мягкий гагачий пух из гнезд. Из года в год утки пополняют запасы перьев и возвращаются на одни и те же места гнездования.