Предательство мужа стало для нее точкой невозврата.
Оказавшись в чужом мире в теле юной графини, она сталкивается с новой реальностью, где главная задача – просто выжить. Но судьба готовит ей куда более сложную миссию: спасти не только себя, но и других, и не только людей.
Хватит ли ей сил справиться с этим бременем? И сможет ли она вновь открыться любви, довериться мужчине после пережитой боли предательства? И какая будет цена?
...моя жизнь, пройдя через все бури и потери, наконец обрела ту самую тихую, надёжную пристань — дом, полный смеха и тепла, мужа, чьи глаза светились любовью, и новый мир, который стал моим.
Его руки сомкнулись у меня за плечами, и прежде, чем я успела осознать, его губы накрыли мои. Поцелуй был резким, требовательным, но в то же время в нём чувствовалась какая-то отчаянная нежность. Я растаяла, вся дрожь ушла, и на миг мир исчез. Не стало боли, страха, ни прошлого, ни будущего. Только он, его дыхание, его руки, его вкус.
- Я люблю тебя, дура! — воскликнул он.
Я обомлела. Сердце ухнуло вниз, будто земля ушла из-под ног. На секунду дыхание остановилось. И в то же мгновение я поняла: его слова, такие резкие, без оглядки, сорвавшиеся почти криком, полностью отражали и мои собственные чувства к нему. Я не могла бы признаться в этом вслух, но в груди всё сжалось от боли и радости одновременно.
И в этом внезапном снопе света мне вдруг всё стало ясно. Не отдельными фрагментами, не догадками, а целой, уродливой и до боли логичной картиной.
Я медленно откинулась на спинку кресла, чувствуя, как по телу, вопреки жару от огня, разливается ледяной холод. Это было не просто понимание. Это было узнавание. Узнавание того же циничного, расчётливого мира, от которого я сбежала на Земле, мира, где люди — это всего лишь ресурсы, активы или разменные монеты.
Его похвала была приятной, но так хотелось иногда побыть слабой. Я опустила глаза и почти неразборчиво пробурчала себе под нос:
— Так хочется быть слабой, да только то кони скачут, то избы горят.
Милая моя, во дворце единственная государственная тайна — это та, о которой никому не интересно сплетничать
Когда ты близок к трону, ты не только греешься в лучах его славы. Ты отбрасываешь длинную тень. А в тени всегда заводятся те, кто завидует твоему свету.
Да, получать подарки, несомненно, приятно. Но дарить… Видеть такую неподдельную, искреннюю, сокрушающую радость на лице другого человека — это, пожалуй, ни с чем не сравнимое удовольствие.
Завтра. Всё завтра! Все тревоги, все планы, все вопросы, все неоконченные дела — всё это могло подождать до утра. Сейчас было только одно желание — провалиться в спасительную темноту сна. И мир вокруг тут же послушно поплыл, готовясь уступить место забвению.
- Берегитесь, кавалеры, дамы едут в свет! Наших чар противоядья в целом мире нет! Кто—то в обморок от счастья, кто—то от тоски. Разлетайтесь, как от вихря, мушки—мужики! — весело улыбаясь, пропела незнакомую мне, задорную песенку Ульяна...
Я настолько привыкла жить со своей болью, со своим диагнозом, что это уже не исправить, что даже не допустила мысли, что здесь, в этом мире, в этом новом теле, всё может быть иначе!
Мне показалось, что люди вокруг начали меняться. И Марфа, и Николай, и Ульяна, я уж молчу про Никиту с Матвеем. Как будто эти уставшие от горестей люди, наконец, сумели откинуть мрачное настроение и теперь радовались любой мелочи, очищая свои чувства и эмоции от накопленной боли и печали. Я видела в них огоньки надежды, веры в лучшее будущее. И это не могло не радовать.
На душе было спокойно и легко. Появилось ощущение дома. Не того, где только здание, а того, где есть люди, с которымитебе приятно проводить время, которые переживают за тебя и поддерживают. Это новое, незнакомое мне чувство, но оно было приятным и тёплым, словно солнечный свет после долгой зимы.
Есть вещи, которые нужно пережить самому, как бы мне ни хотелось помочь.
Как говорил один мой знакомый: жениться нужно на женщине, которая любит поесть. Она и себя накормит, и тебя не обделит. А поесть я любила.
Всё! Сил больше не было. Последнее, что запомнил мой умирающий мозг, — это голубое, глубокое весеннее небо и ослепительно яркое солнце, а потом только плотная и какая-то живая темнота, которая поглотила меня целиком.
Я потеряла смысл жизни, и всё вокруг казалось серым и бессмысленным. В груди уже не просто болело. Там образовался огненный шар, который, перекатываясь всё выше и выше, выжигал меня изнутри, превращая в пепел.
Теперь я его ненавидела. Ненавидела всей душой, всем сердцем, каждой клеточкой своего тела. За эти полгода он сделал всё возможное, чтобы я навсегда забыла все радостные моменты, которые были в нашей жизни. Он методично, день за днём, разрушал наши отношения, наши воспоминания, нашу любовь.