Мистера Воула обвиняют в зверском убийстве состоятельной одинокой пожилой женщины. Все доказательства, кажется, указывают на него, но адвокат убеждён, что его подзащитный не виновен. Решающими могут стать показания миссис Воул — однако именно они переворачивают расследование самым неожиданным образом...
Можно ли вполне доверять показаниям бесконечно любящей женщины?
Перед ним была загадка, которую ему, как он смутно сознавал, не под силу разгадать.
Несомненно, он все знал. Знал, но не хотел, чтобы узнали другие.
Человек может устать от благодарности.
И она наверняка отдавала себе отчёт в том, что, подчёркивая таким образом его незаменимость, лишний раз - а для мужчины совсем не лишний - польстить ему.
Очень возможно, что она разыгрывала полнейшую неосведомленность в денежных делах, просила его помочь – чем не повод? И она наверняка отдавала себе отчет в том, что, подчеркивая таким образом его незаменимость, лишний раз – а для мужчины совсем не лишний – польстит ему. Она была еще достаточно женщиной, чтобы сообразить это.
– Я вижу, вы слишком умны, чтобы лгать в столь серьезном деле. – Ну, разумеется! – воскликнул Воул. – У меня не было причин убивать ее! Даже если допустить, что я намеренно не прерывал знакомства, рассчитывая получить деньги, то смерть ее значила бы крушение всех моих надежд.
«Странная женщина. Такая невозмутимая, что начинаешь нервничать», – подумалось мистеру Мейхерну. С самой первой минуты встречи с этой женщиной он чувствовал себя неуверенно. Перед ним была загадка, которую ему, как он смутно сознавал, не под силу разгадать.
– Не муж! – повторила она, и наступила долгая пауза… – Я была актрисой в Вене. Была замужем, и муж мой жив, но он… в сумасшедшем доме. Как видите, наш брак с Воулом не может быть признан действительным. И теперь я рада этому! – Она с вызовом посмотрела в глаза мистеру Мейхерну.
Curious things, habits. People themselves never knew they had them.