“Не реви!”, - приказала я своим нервные клеткам, которые уже ныли дружным хором.
— Мадам? Вы надолго уезжаете? — спросил дворецкий, глядя на саквояж.
— Навсегда.
Потому что иногда молчание - единственная честность, которую можно предложить раненой душе.