Для меня писать рассказы - все равно что дышать. Я смотрю вокруг, нахожу идею, проникаюсь к ней любовью и стараюсь долго не рассуждать. Потом записываю: просто даю ей возможность поскорее выплеснуться на бумагу.
Изо всех сил доживи до конца своей жизни, и да будет она преисполнена самопознанием и радостью бытия...в годы вашей жизни - живите. Не ставьте на себе крест. Не бродите с кислой физиономией.
Нет, в самом деле, что за безумие — в чужом городе увязаться за чужим человеком?
- В минуты слабости. - Нет, в минуты страсти, - сказал он. - Называй как хочешь.
Когда начинаешь перебирать в уме своих знакомых и разные события, смешное вспоминается в первую очередь.
Не забывай: когда-то и ты был высечен изо льда и камня — хоть выставляй напоказ для украшения аквариума с рыбами. Но потом ты закричал и запел что есть духу, и одно веко у тебя дрогнуло! Потом второе! А вслед за тем ты набрал воздуха и выдохнул оглушительный крик Жизни! Пошевелил пальцем, пошаркал ногой — и одним скачком вернулся в самую гущу бытия!С тех пор остановился ли ты хоть на миг?Ни разу.
Люди не созданы для так их дальних полетов в изоляции.Космическое пространство требует полной отдачи. А изоляция противна человеческой природе, это вид житейского безумия, совершенно отдельное пространство.
Каждую неделю, каждый год видишь массу людей, и большинству из них суждено кануть в забытье. Единственное, что остается потом, - это оглядываться на смутные мгновения тех лет и вспоминать, где твоя жизнь мельком коснулась жизни другого.
Ах, этот мятежный и печальный месяц. В октябре мир объят пламенем.
Жизнь — это жизнь. И человек, и персонаж хороши по-своему.
Космос — дело темное. Здесь сам черт ногу сломит.
Что такого в этом накоплении десятков, что так пугает мужчину? Когда человеку двадцать девять лет и девять месяцев, это его не волнует. Но когда исполняется тридцать — чертям тошно делается, жизнь окончена, любовь прошла, карьера идет под откос или летит в трубу — на выбор. И человек проходит следующие десять, двадцать лет, минуя тридцатилетие, сорокалетие и двигаясь к пятидесятилетию, разумно не касаясь времени, не пытаясь цепляться за жизнь изо всех сил, давая ветру дуть и реке течь. Но боже, милостивый, неожиданно ты достигаешь пятидесятилетия, этой милой круглой цифры, солидного итога, и тут — бах! Депрессия и ужас. Куда ушли годы? Что ты сделал за свою жизнь?
Спасать надо тех, кто этого заслуживает.
— Кроме него, у меня никого нет. На всем свете. Пойми, он меня любит. Если я его брошу, он себя убьет. — А если не бросишь, он убьет тебя.
— Октябрь, — со страстью в голосе произнес он. — Боже, это мой любимый месяц, готов его поедать, вдыхать, втягивать запахи. Ах, этот мятежный и печальный месяц. Смотри, как от встречи с ним зарделась листва. В октябре мир объят пламенем; невольно вспоминаешь обо всех умерших, с которыми не суждено больше встретиться.
МАССИНЕЛЛО ПЬЕТРО У кого есть талант, тот в ответе за этот мир.
А они лежали в темноте, держась за руки, слушали тишину — эту дивную тишину — и ждали рассвета.
- Порой малодушие - единственный выход. До поры до времени человек может терпеть, а потом будет спасаться бегством, если только не найдет, кого бы обратить в бегство вместо себя.
Каждую неделю, каждый год Ты видишь массу людей, и большинству из них суждено кануть в забытье. Единственное, что остается на потом, - это оглядываться на смутные мгновения тех лет и вспоминать, где Твоя жизнь мельком коснулась жизни другого. Тот же город, то же кафе, та же еда, тот же воздух, но два разных пути и образа жизни, не знающие друг друга.
Все от одиночества. Человек ведь стадное животное: оторви его от привычного быта, от женщин, от дома и города - у него мозги начнут плавиться. До чего паршиво, когда человеку одиноко.