Мои цитаты из книг
Чем лучше знаешь врага, тем больше шансов на победу
Лучшая роль для принцессы – сыграть королеву, как говорит моя тетушка. Впрочем, наверняка у нее есть свои мотивы, чтобы сватать племянницу за короля Дарании. У меня же просто нет выбора и совсем не осталось времени, чтобы дожидаться предложения руки и сердца. Я даже готова заказать приворотное зелье у темного мага Проклятого королевства, чтобы добиться своего. И наглая попаданка, переместившаяся в наш мир, не помешает мне выйти замуж за короля! Мне казалось, я просчитала все. Но кто же знал, что...
Лучшая роль для принцессы - это стать королевой.
Лучшая роль для принцессы – сыграть королеву, как говорит моя тетушка. Впрочем, наверняка у нее есть свои мотивы, чтобы сватать племянницу за короля Дарании. У меня же просто нет выбора и совсем не осталось времени, чтобы дожидаться предложения руки и сердца. Я даже готова заказать приворотное зелье у темного мага Проклятого королевства, чтобы добиться своего. И наглая попаданка, переместившаяся в наш мир, не помешает мне выйти замуж за короля! Мне казалось, я просчитала все. Но кто же знал, что...
- И дед и отец мой были хлеборобами! - пояснил гражданин Никифоров. - А я грабли строю... для нужд сельского хозяйства.
Эта история началась одним весенним днем в самом обыкновенном московском дворике. Пропали пять монахов — пять породистых голубей, которые жили на крыше дома номер семь в старинном резном буфете. Вернее, голуби не пропали — их украли. Но кому могли понадобиться эти невинные и прекрасные птицы, восхищающие людей своим свободным, стремительным полетом? Вот это-то и хотят выяснить мальчишки Крендель и Юрка.
У меня действительно был такой вид, будто я слушаю старших. Я вытаращивал глаза как можно сильнее и глядел на старшего не отрываясь, как будто я слушаю, а на самом деле я не слушал их никогда. Но зато я слушал Кренделя.
Эта история началась одним весенним днем в самом обыкновенном московском дворике. Пропали пять монахов — пять породистых голубей, которые жили на крыше дома номер семь в старинном резном буфете. Вернее, голуби не пропали — их украли. Но кому могли понадобиться эти невинные и прекрасные птицы, восхищающие людей своим свободным, стремительным полетом? Вот это-то и хотят выяснить мальчишки Крендель и Юрка.
– Ты давно уж к Моньке приглядываешься!
– У меня Тучерез не хуже Моньки.
– Тучерез не хуже Моньки? От Моньки у твоего Тучереза башка закружится, дуборез!
– Тучерез дуборез??? – сказал Тимоха, внезапно бледнея. – Монька твой – кило пшена!
Крендель побагровел.
– Кто кило? – закричал он. – Ну, пэтэушник! Ты у меня сейчас попляшешь!
Эта история началась одним весенним днем в самом обыкновенном московском дворике. Пропали пять монахов — пять породистых голубей, которые жили на крыше дома номер семь в старинном резном буфете. Вернее, голуби не пропали — их украли. Но кому могли понадобиться эти невинные и прекрасные птицы, восхищающие людей своим свободным, стремительным полетом? Вот это-то и хотят выяснить мальчишки Крендель и Юрка.
- Проклятый вор! А отчего на тебе шапка горит?! И тут я поглядел на Тимоху и увидел, что из-под шапки у него прямо дым валит и она вот-вот воспламенится. – От волнения же! – сказал Тимоха. – Это – пар, понимаешь? Пар идет от волнения.
Эта история началась одним весенним днем в самом обыкновенном московском дворике. Пропали пять монахов — пять породистых голубей, которые жили на крыше дома номер семь в старинном резном буфете. Вернее, голуби не пропали — их украли. Но кому могли понадобиться эти невинные и прекрасные птицы, восхищающие людей своим свободным, стремительным полетом? Вот это-то и хотят выяснить мальчишки Крендель и Юрка.
- Всю душу изранил, - сказал он. - Ну не бери же ты меня так за душу! Прошу: не бери!
Эта история началась одним весенним днем в самом обыкновенном московском дворике. Пропали пять монахов — пять породистых голубей, которые жили на крыше дома номер семь в старинном резном буфете. Вернее, голуби не пропали — их украли. Но кому могли понадобиться эти невинные и прекрасные птицы, восхищающие людей своим свободным, стремительным полетом? Вот это-то и хотят выяснить мальчишки Крендель и Юрка.
Я давно заметил, что люди немного глупеют к вечеру. Днём ещё как-то держатся, а к вечеру глупеют прямо на глазах: часами смотрят телевизоры, много едят.
Эта история началась одним весенним днем в самом обыкновенном московском дворике. Пропали пять монахов — пять породистых голубей, которые жили на крыше дома номер семь в старинном резном буфете. Вернее, голуби не пропали — их украли. Но кому могли понадобиться эти невинные и прекрасные птицы, восхищающие людей своим свободным, стремительным полетом? Вот это-то и хотят выяснить мальчишки Крендель и Юрка.
Иногда бывает такое настроение, что кажется, даже небо покрыто асфальтом.
Эта история началась одним весенним днем в самом обыкновенном московском дворике. Пропали пять монахов — пять породистых голубей, которые жили на крыше дома номер семь в старинном резном буфете. Вернее, голуби не пропали — их украли. Но кому могли понадобиться эти невинные и прекрасные птицы, восхищающие людей своим свободным, стремительным полетом? Вот это-то и хотят выяснить мальчишки Крендель и Юрка.
Собственных родственников у неё не было, всю жизнь она глядела за чужими и достигла в этом деле таких вершин, что за нами уже глядела почти не глядя.
Эта история началась одним весенним днем в самом обыкновенном московском дворике. Пропали пять монахов — пять породистых голубей, которые жили на крыше дома номер семь в старинном резном буфете. Вернее, голуби не пропали — их украли. Но кому могли понадобиться эти невинные и прекрасные птицы, восхищающие людей своим свободным, стремительным полетом? Вот это-то и хотят выяснить мальчишки Крендель и Юрка.