Фейт быстро усвоила, что нужно придумывать только фрагмент лжи, а потом положитьсяна воображение людей - они сами заполнят пробелы.
Люди - животные, а животные - не более чем зубы. Кусай первым и кусай часто. Это единственный способ выжить.
Молчанием, оказывается, можно орудовать столь же изощренно и жестоко, как ножом.
Фанатизм - словно газ: опаснее всего, когда его не замечаешь. Одна искра - и будет взрыв.
Слухи - словно псы: стоит пуститься от них наутек, как они бросаются за тобой по пятам.
Фейт обнаружила, что ложь - как пожар. Сначала ее надо беречь и подпитывать, бережно и мягко. Легкий порыв ветра раздует слабые языки пламени, но сильный может их погасить. Некоторые сплетни укореняются, с треском распространяясь по округе. Такие уже не нуждаются в подкормке, это уже больше не твоя ложь. У нее свое обличье и своя жизнь, не поддающаяся контролю.
- Кем я была для тебя?
Он так долго медлил с ответом, что я успела подумать: и не ответит вовсе.
- Ангелом, - произнес он едва слышно. - Смыслом моей жизни, - и тьма отступила на миг от его лица, сделав его прекрасным: нагим и бесстрашным. - Потом последней тварью. Ты предала меня, а я не смог простить. От великой любви до великой ненависти всего полшага.
Я всерьёз начинала думать: мы сбежали из одной психиатрической больницы, потому что его объяснения в тот момент казались абсолютно здравыми. Психи, как известно, не считают себя психами
"Надо перестать бегать от себя и постоять спокойно." Девушка©
– Пускаю по ветру, – ответил Вадим на мой вопрос.
– А поконкретней? В карты проигрываешь?
Волошин весело хмыкнул:
– Как бы усердно я ни работал над расширением своих пороков, азартные игры туда не входят.
– Жаль. В игре в рулетку мне нет равных. Всегда отгадываю, куда полетит шарик.
– Серьезно? Учту. Значит, в грустной бедности мы свои дни не закончим. Ну а что касается денег… мы плохо уживаемся вместе. Либо они спешат смыться, либо я.