Мои цитаты из книг
Понимаете, в эпоху Возрождения человечество стало вновь изучать античные тексты. И совсем рядом оказались другие тексты - еще более древние еврейские книги Талмуд и Тора. Но если от покрытых пылью веков античных текстов можно было не ждать беды, то тексты иудейские были слишком близки христианству и поэтому опасны. Многие монахи-доминиканцы, взявшиеся в ту пору читать Талмуд, чтобы участвовать в диспутах (да-да, был и такое развлечение в XIII веке в Арагоне, и все с целью доказать превосходство христианства!) сами перешли в иудаизм. И закончилось это для них плохо.
Странная кража случается в особняке в Царском Селе под Санкт-Петербургом – неизвестный забирает только 20 изразцов фламандской работы, объединенных одной темой: играющими детьми. Хозяин дома, состоятельный бизнесмен, не на шутку заинтригован и просит оперативника с Петровки Марию Каравай, блестяще зарекомендовавшую себя в делах, связанных с историей и искусством, заняться «частно» этим делом. В это же время в Москве почти одновременно вспыхивают пожары: один – в шикарном отеле «Метрополь»,...
... Прелесть жизни, Машенция, в том, что она не дает гарантий. Потому до определенного времени в отношениях с противоположным полом можно слушаться только своих чувств, и в этом, я бы сказала, основное преимущество юности.
- А что дальше, Любочка? - Маша с неясной улыбкой смотрела на проносящийся мимо английский пейзаж. - Когда уже нельзя будет их слушаться? Этих самых чувств?
На другом конце трубки бабка звякнула блюдцем.
- Это же очевидно, Машенька. С момента появления детей.
Странная кража случается в особняке в Царском Селе под Санкт-Петербургом – неизвестный забирает только 20 изразцов фламандской работы, объединенных одной темой: играющими детьми. Хозяин дома, состоятельный бизнесмен, не на шутку заинтригован и просит оперативника с Петровки Марию Каравай, блестяще зарекомендовавшую себя в делах, связанных с историей и искусством, заняться «частно» этим делом. В это же время в Москве почти одновременно вспыхивают пожары: один – в шикарном отеле «Метрополь»,...
... чем раньше человек определяется с призванием, тем больше у него времени на разгон, тем больше шансов, что он станет настоящим профессионалом.
Странная кража случается в особняке в Царском Селе под Санкт-Петербургом – неизвестный забирает только 20 изразцов фламандской работы, объединенных одной темой: играющими детьми. Хозяин дома, состоятельный бизнесмен, не на шутку заинтригован и просит оперативника с Петровки Марию Каравай, блестяще зарекомендовавшую себя в делах, связанных с историей и искусством, заняться «частно» этим делом. В это же время в Москве почти одновременно вспыхивают пожары: один – в шикарном отеле «Метрополь»,...
В XIX веке превозносили искры божественного дарования! А в XXI - напротив, считается, что при трудолюбии и правильной организации рабочего процесса можно сделаться Леонардо да Винчи. Однако "трудолюбцы" попадаются, а Леонардо, насколько мне известно - все еще один!
В Москве действует еще один необычный маньяк, на сей раз помешанный на живописи великого французского художника Жана Огюста Доминика Энгра. В городе пропадают девушки, приехавшие из провинции покорять столицу. Их находят через месяц, а на мертвых обнаженных телах обнаруживают листы с эскизами, подписанными Энгром. В это трудно поверить, но эскизы оказываются подлинными, а дело получает международный отклик.
Ему хотелось (хоть до появления Маши он сам себе в этом не отдавал отчета), чтобы его тормошили, держали в тонусе - ждали умных мыслей и движения вперед.
В Москве действует еще один необычный маньяк, на сей раз помешанный на живописи великого французского художника Жана Огюста Доминика Энгра. В городе пропадают девушки, приехавшие из провинции покорять столицу. Их находят через месяц, а на мертвых обнаженных телах обнаруживают листы с эскизами, подписанными Энгром. В это трудно поверить, но эскизы оказываются подлинными, а дело получает международный отклик.
«Хорошо, что выходной, — подумал Андрей. — Что можно доспать до момента, когда в окнах будет белый день, а не темная ночь, когда не бриться хочется, а харакири себе сделать».
В Москве действует еще один необычный маньяк, на сей раз помешанный на живописи великого французского художника Жана Огюста Доминика Энгра. В городе пропадают девушки, приехавшие из провинции покорять столицу. Их находят через месяц, а на мертвых обнаженных телах обнаруживают листы с эскизами, подписанными Энгром. В это трудно поверить, но эскизы оказываются подлинными, а дело получает международный отклик.
Однажды, возвращаясь с таких проводов, ему подумалось, что он получил идеальную женщину, нетребовательную, ласковую, хорошую хозяйку. С ней можно быть любым: уставшим, туповатым, мрачным. Многие не нарадовались бы такой любовнице. Но Андрей томился, прекрасно понимая, что использует сам, и одновременно чувствуя использованным - себя. Только он потреблял в этих отношениях еду и секс, а Света - любовь, которую сама себе выдумала. И пусть у одного все было задействовано на половом члене с желудком, а у другой на Психее и Амуре, но самого факта это не отменяло.Если бы Свете нужно было от Андрея то же, что и ему от нее, роман бы продлился много дольше. Но они в своих желаниях никак не пересекались. И в душе Андрея росло недовольство собой и раздражение на них обоих. Больше того, Андрей ужасно скучал: он принадлежал к той мужской породе, которой от спутницы жизни надобен не столько комфорт, сколько константный вызов. Ему хотелось (хоть до появления Маши он сам себе в этом не отдавал отчета), чтобы его тормошили, держали в тонусе - ждали умных мыслей и движения вперед. Бедная Света в любом случае не могла обеспечить ему прогресс, отвечающий его страсти к самосовершенствованию.
В Москве действует еще один необычный маньяк, на сей раз помешанный на живописи великого французского художника Жана Огюста Доминика Энгра. В городе пропадают девушки, приехавшие из провинции покорять столицу. Их находят через месяц, а на мертвых обнаженных телах обнаруживают листы с эскизами, подписанными Энгром. В это трудно поверить, но эскизы оказываются подлинными, а дело получает международный отклик.
чем больше совершенствуется фотография, тем хуже рисуют наши современники
В Москве действует еще один необычный маньяк, на сей раз помешанный на живописи великого французского художника Жана Огюста Доминика Энгра. В городе пропадают девушки, приехавшие из провинции покорять столицу. Их находят через месяц, а на мертвых обнаженных телах обнаруживают листы с эскизами, подписанными Энгром. В это трудно поверить, но эскизы оказываются подлинными, а дело получает международный отклик.
Это обычная мужская эксплуатация женских чувств.
В Москве действует еще один необычный маньяк, на сей раз помешанный на живописи великого французского художника Жана Огюста Доминика Энгра. В городе пропадают девушки, приехавшие из провинции покорять столицу. Их находят через месяц, а на мертвых обнаженных телах обнаруживают листы с эскизами, подписанными Энгром. В это трудно поверить, но эскизы оказываются подлинными, а дело получает международный отклик.
Я — мужик, обычный и эксплуатирующий, когда есть возможность.
В Москве действует еще один необычный маньяк, на сей раз помешанный на живописи великого французского художника Жана Огюста Доминика Энгра. В городе пропадают девушки, приехавшие из провинции покорять столицу. Их находят через месяц, а на мертвых обнаженных телах обнаруживают листы с эскизами, подписанными Энгром. В это трудно поверить, но эскизы оказываются подлинными, а дело получает международный отклик.